– Покарай их!
– юнец резко рванул цепь.

– Араш-нихад!
– бросила чешуйчатая гадина.

Сызнова раздался треск, среди стеблей вспыхнули оранжевые блики. Магия змеечеловека ударила туда, где только что скрылся Зердо. По чаще прокатился хриплый крик.

– Возвращайтесь и я пощажу вас!
– не без довольства прокричал беглецам комендант Нарлаха.

Первым из зарослей появился прислужник алхимика. Карлик брел, понуро опустив голову. Он выглядел совершенно сломленным и не способным на какое-либо сопротивление.

– Ха-ха! Доигрался, негодяй! Сожжем тебя, следующим!
– поприветствовал сородича дверг.

Спустя несколько секунд занавес плющей и лиан с хрустом разорвал Филлиан. Лицо сумасброда было белым, ровно у покойника, а в глазах плескался искренний страх.

Молодой рыцарь взирал на вернувшихся с надменной улыбкой, точно, хозяин на просящих милости рабов. Распаленный убийствами Кьерн так и вовсе едва не плясал от радости.

– Надеюсь, вы усвоили урок и более не собираетесь бунтовать?
– с небрежной снисходительностью, ровно великодушно отменяющий приговор сюзерен, вопросил вернувшихся юнец.

Гном и человек согласно закивали, не решаясь произнести хотя бы слово.

– Мэтр Тарвион, предлагаю продолжить наше путешествие, - деловым тоном, в коем, тем не менее, явственно сквозило самодовольство, предложил Морнингер.

– Конечно-конечно, милостивый государь, позвольте только моему любезному Грумо собрать поклажу, - раболепно проворковал магистр Тирполисского университета.

Спустя пару минут они вновь двинулись в путь. Возглавляли отряд орудовавшие тесаками Дрогг и Филлиан. За ними семенил указывавший дорогу грумзард. Замыкал шествие райзард. Разговоров между путниками не возникало, лишь весело насвистывал раззадоренный кровавым зрелищем Кьерн.

Через полчаса они очутились на краю небольшой, в дюжину шагов, елани. На всем пространстве поляны не наблюдалось ни одного растения, красноватая, похожая на песок земля, громоздилась многочисленными горками, рядом с коими чернели провалы нор. На полдень от прогалины уходила рассекавшая полог неширокая просека - будто, некто тащил здесь волоком грузы.

– Это и есть логова аштхинов?
– спросил у грумзарда юнец.

– Нет, - прошипел змеечеловек.
– Отсюда они прорыли ходы для атаки на поселение людей. После нападения муравьи выбрались здесь на поверхность и утащили добычу дальше в лес, - худая, точно сухая ветка, рука указала на оставленный тварями след.

– Значит, пойдем туда, - барон шагнул на поляну, дернув тварь за собой.

Они отправились по проложенной бестиями тропе. Судя по смятой траве и сильно утоптанной земле, совершившая набег на заимку Йоргана свора насчитывала несколько десятков чудищ.

Твари Ашдир-Кфаара уже давно наблюдали за вторгшимися в их владения чужаками, но пока что не решались преградить путь весьма крупному отряду. Пару раз Дрогг замечал в зарослях поблизости черные абрисы кхарадунов, однажды перед орком сотоварищи торопко прошмыгнула ратта - бурый таракан длиной почти в два локтя. Вверху, среди ветвей гудели жутковатого вида мухи величиной с дородную цесарку. Крылатые гады не собирались исчезать, явственно следуя по пятам незваных гостей. Вокруг странников тучей роились бестии поменьше - размером не более кулака. Впрочем, благодаря пахучей жидкости, коей перед входом в лес окропил спутников мэтр Тарвион, создания не изъявляли желания садиться на пришельцев.

Болдырь остановился, завидев в двадцати шагах впереди черную округлую тень, походившую на выраставшую из земли темно-серую шипастую полусферу.

– Что там, клыкастый?
– спросил шагавший рядом Звероборец.

– Иглошпин, - прошептал зеленокожий, хотя понижать голос не было никакой необходимости, ибо на таком расстоянии тварь все равно не могла их услышать.

– Прогоним?
– предложил острослов.

– Лучше обойдем, - покачал головой полукровка.

– В чем дело?
– подошел к охотникам Морнингер.

– Впереди опасная бештия, - пояснил орк.
– Шоветую шделать крюк, дабы не ижбежать шхватки.

– У нас нет времени болтаться по лесам, - отрезал юнец.
– Идите и убейте это существо.

Дрогг и Филлиан переглянулись. Сумасброд являлся докой по части силков и капканов, но не обладал умениями незаметно подкрадываться к дичи. Человек отрицательно помотал головой. Болдырь, кивнув, распластался на земле и пополз к твари. Иглоспин походил на здоровенную, не меньше волка, крысу с усеянной шипами спиной. Смертельную опасность представляло то, что, почуяв угрозу, тварь выстреливала во все стороны ядовитыми иглами. Смазывавшая шипы отрава вызывала длительный, на две седмицы, паралич, кой нельзя снять никакими декоктами и эликсирами. Обыкновенно пораженных иглоспином созданий просто пожирали другие обитатели Ашдир-Кфаара. Зеленокожий понимал, что ни Морнингер, ни иные члены отряда не потащат с собой бесчувственное тело, предпочтя сразу же прикончить лишившегося сознания спутника.

Дрогг услышал шорох позади себя и замер. Вскоре с ним поравнялся скользивший ровно змея, Вришх.

– Постой, охотник, - прошептал райзард - его речь походила на едва слышимый свист.
– Я разберусь с гахилом.

Ящер продвинулся еще немного и бесшумно присел на корточки. Полукровка осторожно снял с пояса трубку из стебля бомы, опустил внутрь полого ствола длинную иглу - белый цвет свидетельствовал о том, что оный снаряд изготовлен из кости али корня растения.