— Вообще-то я пришел, чтобы извиниться.

«Так-так», — подумала Виктория: слово «простите» явно не соответствовало его наглой натуре и выходило за рамки его уличного жаргона.

— Полагаю, что извиниться вы должны перед своим кузеном, — заметила Виктория.

— Хантер может идти к черту, — сказал Син Майкл, — вы же совсем другое дело. — Он оценивающе осмотрел ее с головы до пят, даже не пытаясь скрыть свой взгляд.

— Я у него работаю, — сказала Виктория. — А это значит, что мы в одной лодке.

— Выбор за вами. Однако, по крайней мере, вы могли бы выслушать мое мирное предложение.

— Мирное предложение?!

— Дождь, по-видимому, завтра прекратится.

— Ну и что из этого?

— Мы могли бы прокатиться.

— На машине?

Син Майкл рассмеялся.

— Нет, верхом. Вы же ездите верхом?

— Только на карусели. — Виктория отобрала книги, которые были нужны Хантеру, и теперь стремилась избавиться от общества его кузена.

— Трудно сесть в седло только в первый раз, — сказал Син Майкл. Он облизал губу, и она залоснилась. — Как только животное окажется под вами, оно тут же пустится вскачь. — Двусмысленность его слов была вполне откровенна.

— Согласна, что это действительно так, — сказала Виктория. — И, тем не менее, от прогулки я отказываюсь.

— Значит, вы меня отвергаете? — Судя по удивлению, прозвучавшему в его голосе, Син Майкл не привык слышать подобные ответы из женских уст.

— Если коротко, то да.

Когда она проходила мимо, Син Майкл схватил ее за руку, но почувствовав, что Виктория встревоженно напряглась и приготовилась дать отпор, отпустил ее. И тут же, не позволив Виктории сказать ни слова, заговорил сам.

— Ну а как быть с лодкой, куда вы поместились с моим кузеном? — сказал он, напомнив ей ее собственные слова.

Он изводил Викторию и наслаждался этим.

Син Майкл поднялся, на секунду взглянул на нее сверху вниз, а потом повернулся, чтобы взять нечто с письменного стола Хантера.

Это была фотография.

Виктория почувствовала, что душа ее ушла в пятки. Может быть, он собирается сказать ей, кто эта красавица? Эта таинственная девушка, портрет которой занимал столь почетное место среди других предметов…

Какое-то мгновение Син Майкл изучал обрамленное локонами ангельское лицо, а затем снова посмотрел на нее.

— Не будьте дурой, Виктория.

— Вы, по-видимому, чем-то озабочены, — заметил Хантер, посмотрев на Викторию поверх спущенных на нос очков.

Два дня прошло после его неудачной попытки встать на ноги. Два дня, в течение которых он делал вид, что ничего не случилось. Два дня — и слухи прекратились. Интрига между слугами перешла на более высокий уровень, и, к облегчению Виктории, пикантный эпизод отошел на задний план.

— Улаживаю детали визита Тэппинга, — солгала она.

— Я уверен, что у вас все под контролем, — похвалил ее Хантер. — Кстати, я только что думал, что на время его пребывания здесь вы могли бы взять отпуск на пару дней.

— Хорошо, — кивнула Виктория. — На фирме наверняка уже накопилась куча дел. — К тому же она соскучилась по обществу Тэтчера и Джона.

— Я имел в виду, — разъяснил Хантер, — что Тэппинг никогда не бывал в Вашингтоне.

— Как я понимаю, к моим многочисленным обязанностям теперь прибавляется должность гида?

— Я хотел сам показать Тэппингу некоторые достопримечательности и полагал, что вы с удовольствием будете нас сопровождать.

— Вы собираетесь так скоро встать на ноги?

— Я собираюсь встать на ноги завтра! — объявил Хантер. — Вы помните, врач говорил о трех днях?

— Да, помню, — подтвердила она. — Но он также сказал, что только в случае острой необходимости.

— Это необходимо! — настойчиво сказал Хантер. — У меня есть дела.

— Какие?

Хантер сменил тему разговора. Но Виктория решительно вернулась к ней.

— Не понимаю, почему вы придаете этому неоправданно большое значение, — критически заметил он. — Ведь я же обещал ему пользоваться специальной палкой, которую он принес. — Подчеркивая сказанное, он указал на стоявшую в углу трость из металла и резины.

— Только тогда уж не обращайтесь ко мне за помощью, — предупредила Виктория. — В прошлый раз я разбила часы.

— Что?

— Правда, это было только стекло. Когда я попаду, наконец, в Александрию, я отремонтирую их.

— Сегодня днем туда поедет Чен. Я скажу ему, чтобы он заехал в мастерскую.