– - Таким образом, электронные письма можно отбросить, -- сказал Алан.

– - Это не вам решать, -- ответил мой папа.

– - Многие письма были отправлены во время школьных занятий, -- подчеркнула я. Моё сердце колотилось.
– - Я даже пометила их синим маркером.

– - Нет, -- сказал директор.
– - Я согласна с мистером Барнсом. Вероятно, будет лучше, если мы сосредоточимся на том, что можем проверить. Мы не можем сказать, кто и откуда отправил те электронные письма.

Вся моя работа, все те часы, что я вспоминала и записывала все произошедшие случаи, вместо того, чтобы поскорее их забыть, всё оказалось развеяно по ветру. Я сжала кулаки на коленях.

– - Ты в порядке?
– - пробормотал мне на ухо папа.

Было слишком мало того, что я могла фактически доказать.

– - Две недели назад ко мне подошел мистер Гледли, -- обратилась я к собравшимся.
– - Он заметил, что кое-что происходило в его классе. Мой стол был разрисован каракулями, испачкан соком, клеем, мусором и тому подобными вещами в разные учебные дни. Вы помните, мистер Гледли?

Мистер Гледли кивнул.

– - Помню.

– - И после занятия, вы помните, как видели меня в коридоре? Окружённую девочками? Как надо мной насмехались?

– - Я не забыл, я видел вас в коридоре вместе с другими девочками. Если я не ошибаюсь, это было после того, как вы сказали мне, что сами решите свои проблемы.

– - Это не то, что я сказала, -- мне пришлось взять себя в руки, чтобы не заплакать.
– - Я сказала, что думаю, что вся эта ситуация, с родителями и учителями будет фарсом. До сих пор вы не доказали мне, что я неправа.

– - Тейлор, -- сказал мой папа. Он положил руку на мой сжатый кулак, а затем обратился к преподавателям.
– - Вы обвиняете мою дочь в том, что она всё выдумала?

– - Нет, -- сказала директор.
– - Но я думаю, что когда над кем-то издеваются, вполне возможно приукрасить происходящее или увидеть издевательства там, где их нет. Мы хотим быть уверенными, что решение относительно этих трёх девочек будет справедливым.

– - А я не засл...
– - начала было я, но папа сжал мою руку и я замолчала.

– - Моя дочь также заслуживает справедливого отношения, даже если лишь десятая часть из упомянутых событий имела место. Всё это говорит о том, что череда подобных издевательств продолжается. Кто-то не согласен?

– - Издевательства -- слишком сильное слово, -- сказал Алан.
– - Вы всё ещё не доказали...

– - Алан, -- прервал его мой папа.
– - Ради бога, замолчи. Здесь не зал суда. Все за этим столом знают, что сделали эти девочки, и ты не сможешь вынудить нас это проигнорировать. Тейлор была у вас в гостях, наверное, сотню раз, а Эмма так же часто бывала у нас. Если ты хочешь сказать, что Тейлор -- лгунья, то говори прямо.

– - Я только думаю, что она очень чувствительна, особенно после смерти матери, она...

Я сбросила кипу бумаг со стола. Тридцать или сорок листов образовали немаленькое облако разлетающихся бумаг.

– - Не продолжайте, -- сказала я тихо, я едва могла услышать себя из-за гудения в ушах.
– - Не надо. Докажите, что вы, по крайней мере, человек.

Я увидела ухмылку на лице Эммы прежде, чем она поставила локти на стол и прикрыла её руками.

– - В январе моя дочь подверглась одной из самых злонамеренных и отвратительных шуток, о которых я когда-либо слышал, -- сказал мой папа директору, игнорируя всё ещё падающие на пол бумаги.
– - Она оказалась в больнице. Вы смотрели мне прямо в глаза и обещали, что будете заботиться о Тейлор и внимательно следить за всем, что происходит с ней. Очевидно, вы этого не сделали.

В разговор вступил мистер Квинлан, мой учитель математики.

– - Вы должны понимать, что нашего внимания требуют другие серьёзные дела. В этой школе учатся члены банд, у нас есть ученики, приходящие на занятия с ножами, случаи употребления наркотиков, драки в кампусе, которые заканчиваются серьёзными травмами для учеников. Если мы не знаем о каких-то событиях, то едва ли можно назвать это преднамеренным.

– - Значит, ситуация с моей дочерью не считается серьёзной.

– - Мы этого не говорили, -- раздражённо ответила ему директор.

– - Давайте перейдём к главному, -- сказал Алан.
– - Какое решение по итогам нашей встречи удовлетворило бы вас?

Папа повернулся ко мне. Мы уже успели кратко обсудить это, и он заметил, что, будучи представителем профсоюза, он всегда вступал в спор, чётко понимая конечную цель, которую преследовал. Мы тоже поставили себе цель. Теперь мой ход.

– - Переведите меня в старшую школу "Аркадия".

На меня посмотрели с удивлением.

– - Я думала, что вы предложите исключение, -- ответила директор.
– - Большинство бы попросило именно этого.