ДЕВУШКА. Ребята!

Все замолкают и смотрят на девушку.

Не хочу мешать вашему разговору. Но... может быть, я могу остановиться у кого-то из вас? Я заплачу.

Все переглядываются.

ЭДВИН. У кого это?

ДЕВУШКА. У кого-нибудь. Мне нет особой разницы.

ИМКЕ. У кого это?

ДЕВУШКА. Я же говорю, у кого-нибудь из вас. Мне не принципиально.

ИВО. Какой не простой вопрос.

ДЕВУШКА. Опять не простой вопрос?

ИМКЕ. Я бы сказал, что вопрос этот, крайне, сложный.

ЭДВИН. Вот теперь паника.

ИМКЕ. Скорее - тупик.

БРУНО. Я ещё и с тем вопросом не разобрался.

ДЕВУШКА. Погодите! Вы шутите? Это ваши местные шутки? Или вы просто издеваетесь надо мной?

ИВО. Ну что вы, что вы! У нас и в мыслях не было.

ИМКЕ. Что значит "издеваетесь"?

ДЕВУШКА. Вам и это слово незнакомо?

ИМКЕ. Знакомо.

ЭДВИН. Вопрос действительно сложный.

ДЕВУШКА. Господи!

ИМКЕ. С этим, вам к Иво.

ДЕВУШКА. Что?

ИМКЕ. По-поводу, Господа нашего, это вам нужно с Иво разговаривать. Он у нас напрямую общается.

ИВО. Хватит, Имке. Что за ерунду ты несёшь?

ДЕВУШКА. Я понимаю, что мне придётся ночевать на улице? Под проливным дождём. Спать буду на голой земле. Промокну до костей. Подхвачу воспаление лёгких и умру. Перспектива что надо! Да, ребята?

ИМКЕ. Такое вполне может случиться.

ЭДВИН. Помню, старуха Гольдберг умерла от воспаления лёгких. Имке, помнишь?

ИМКЕ. Да, но она не спала на голой земле. Или спала? Я об этом не слышал.

ЭДВИН. Вроде, не спала. Хотя, от неё всего можно было ожидать.

ИМКЕ. Да, уж и не говори! Иво, помнишь, как она в нас камнями кидала?

ИВО. Конечно, помню. Она была слегка безумна.

ЭДВИН. Слегка? Она была сумасшедшая. Об этом всем известно.

БРУНО. Умерла она от алкоголизма. Уж я-то знаю.

ЭДВИН. Всё ты знаешь, Бруно.

БРУНО. Что касается алкоголизма, так это ко мне. Я про алкоголизм много могу рассказать.

ИМКЕ (к девушке). А вы не страдаете алкоголизмом?

ДЕВУШКА. Что? Нет! Только этого мне ещё не хватало.

ИМКЕ. Вам повезло. Вероятно, у вас неплохое воспитание. А у нас половина городка страдает. Не считая детей, конечно. Но, у меня ощущение, что они заранее обречены. В том смысле, что у них плохие гены. Как только они становятся совершеннолетними, то через несколько минут они уже здесь.

ИВО. Не все в этом городе страдают алкоголизмом. Что это ты говоришь, Имке?

ИМКЕ. Говорю, как есть.

ИВО. Не все.

ЭДВИН. Всё дело в умении пить. Взять, к примеру, меня. Я умею обращаться с алкоголем. Могу напиться, но всегда буду контролировать себя.

БРУНО. Кто это у нас тут себя контролирует? Не Эдвин ли случайно?

ЭДВИН. Да, он! Он самый. Что? Удивлён, Бруно?

БРУНО. Да, Эдвин, да! Удивлён! Ещё как удивлён.

ДЕВУШКА. Надо же, а? Перепутать автобусы и приехать именно сюда. Вот повезло, так повезло.

ИМКЕ. Я бы не назвал это везением. Если вы, конечно, не специально сюда ехали.

ДЕВУШКА. Разумеется, не специально. Это называется "сарказм". Такое слово вам знакомо? Или тоже не существует?

ИВО. Это слово нам известно.

ДЕВУШКА. Отлично!

ИМКЕ. Да, такое слово нам знакомо. Такое слово существует.

ДЕВУШКА. Если я правильно поняла, то мне придётся ночевать на улице?

Все погружаются в размышления.

ДЕВУШКА. Вы уже думали над этим вопросом, но так ни к чему и не пришли.

ИМКЕ. Да, мы уже думали.

ЭДВИН. Но потом отвлеклись.

ДЕВУШКА. Да, всё правильно. Вы думали, потом отвлеклись. А между тем, я стою в баре не известного мне городка. На улице ночь. Вот, вот пойдёт дождь. Гостиницы не существует. Комнаты никто не сдаёт. И единственная перспектива, это ночевать под открытым небом, на скамейке, в парке.

ИМКЕ. У нас нет парков.

ДЕВУШКА. Я смотрю, у вас тут много чего нет. Скамейки есть?

ЭДВИН. Есть, возле магазина, где продают матрацы.

ДЕВУШКА. Матрацы!

ЭДВИН. Да, матрацы. Там целая гора матрацев. Но я думаю, что он в прогаре. Никогда не видел, чтобы кто-то покупал матрац. Кто-нибудь видел?