БРУНО. Вот и я говорю, что пусть сидит. Она зашла и села. Что же теперь, бежать к ней со всех ног и приставать с вопросами? Пускай посидит.

ИМКЕ. Похоже, она замёрзла.

ЭДВИН. Ясное дело, что замёрзла. Такой ветер на улице.

ИМКЕ. Бруно! Подойди к ней. Спроси.

БРУНО. Никуда я не пойду. Кому надо, тот пусть и идёт.

ЭДВИН. Иво!

ИВО. А!

ЭДВИН. Надо узнать.

ИВО. Что узнать?

ЭДВИН. Кто это и как она здесь оказалась.

ИВО. Я должен узнать?

ЭДВИН. Я не могу. Имке - лучше не надо, а Бруно занят. Иди ты. Иди, иди, спроси.

ИВО. Как-то неловко. Нет, я не пойду.

ЭДВИН. Что тут неловкого? Ты у нас общественный деятель. Тебе можно.

ИВО. Какой я общественный деятель?

ЭДВИН. Ты умеешь общаться с людьми.

ИВО. Не умею я общаться с людьми.

ЭДВИН. Не ври, умеешь. Читаешь для всех Библию вслух? Читаешь. Значит, ты лицо общественное. Тебе и идти.

ИВО. Читать - это одно, а разговаривать - это совсем другое.

ЭДВИН. Хватит пререкаться. Подойди и спроси.

ИВО. Сам подойди и спроси.

ЭДВИН. Никто не видел, никто не знает. Никто не хочет выяснить. Мне что, одному это надо?

Все замолкают и смотрят на девушку. Замечают, что девушка смотрит на них. Все тут же стараются стать менее заметными.

ЭДВИН. Смотрит на нас.

ИМКЕ. Угу.

БРУНО. Ну и пусть себе смотрит.

ЭДВИН. У нас в городке незнакомец. Надо выяснить: кто это? Тут же нет ничего опасного. Идите, спросите.

ИМКЕ. Незнакомка.

ЭДВИН. А?

ИМКЕ. Я говорю, что у нас в городке незнакомка.

ЭДВИН. Не вижу разницы.

ИМКЕ. Разница огромная.

БРУНО. Пусть себе сидит. Рано или поздно, ей надоест, и она уйдёт.

ИВО. Похоже, что она надолго присела.

ИМКЕ. Ладно. Стало быть, я подойду.

ЭДВИН. Ты?

ИМКЕ. А что такого? Подойду и спрошу.

ИВО. Да, давай, Имке.

БРУНО. Только разговаривай с ней чуть громче, чтобы нам было слышно.

ИМКЕ. Угу.

ЭДВИН. Я открываю твою новую грань, Имке.

ИМКЕ. Какую ещё грань?

ЭДВИН. Безрассудное безумство.

ИМКЕ. Чего?

ЭДВИН. Давай, иди.

ИМКЕ медленно поднимается из-за стола. Делая вид, что рассматривает потолок, он идёт в сторону девушки. Проходит мимо неё, подходит к окну и смотрит на улицу, поглядывая на девушку через плечо. Девушка, продолжая кутаться в плащ, оглядывается на ИМКЕ. ИМКЕ разворачивается и встаёт неподалёку от девушки. ИВО, ЭДВИН и БРУНО внимательно следят за ними.

ИМКЕ. Из чего это у вас плащ? Это замша?

Девушка смотрит на ИМКЕ.

ДЕВУШКА. Нет, это нейлон.

ИМКЕ. Да, и в самом деле, нейлон. А издалека кажется, что замша.

ДЕВУШКА. Это из-за освещения.

ИМКЕ. Я подумал, что замша. Надо же! Нейлон. Вот ведь...

ДЕВУШКА. При дневном освещение сразу видно, что плащ замшевый. Здесь тусклый свет.

ИМКЕ. Да, верно. Я подумал, что будет нелепо просить вас выйти на улицу, чтобы хорошенько рассмотреть материал. Тем более что уже темно.

Девушка смотрит на ИМКЕ.

ИМКЕ. Вы не согласны?

ДЕВУШКА. С чем?

ИМКЕ. Просить вас выходить на улицу, чтобы рассмотреть ваш плащ? Это несуразно. Я бы сказал, даже дико.

ДЕВУШКА. Согласна.

ИМКЕ. Это славно. Да. И тут же ещё один вопрос, пока я могу вымолвить хоть слово: откуда вы здесь взялись?

ДЕВУШКА. Я села не на тот автобус. Зрение у меня слабое. Я думала, что на табличке написана цифра двадцать восемь, а оказалось, что это была цифра двадцать три. Пока ехала - уснула. Открываю глаза, а тут вот оно что. Пошла осмотреться, заметила бар. Решила погреться. Вот так.

ИМКЕ. А! Я бы не перепутал номер автобуса.

ДЕВУШКА. Вероятно, у вас отличное зрение?

ИМКЕ. Ещё бы! Я любую мелочь могу рассмотреть. Разглядывает, скажем, кто-нибудь что-то мелкое-мелкое, да? И не может рассмотреть. Сразу зовут меня: "Имке! Иди сюда!". Я спрашиваю: "Зачем?". А они: "Посмотри, пожалуйста! Здесь так мелко, ничего не видим!". Прихожу я, и всё рассматриваю. И люди мне благодарны.

ДЕВУШКА. Да? Впечатляет. У меня не так.

ИМКЕ. Конечно, не так.

ДЕВУШКА. Вы не подскажите мне: на каком автобусе можно добраться до центра?