– Алекс,- в двери влетел взмыленный Билл, из-за плеча которого высовывалась макушка Беатрис. Майлз на какое-то время замер, словно пытаясь осознать факт того, что это не бред, а потом быстро подбежал, высыпая рядом с телом принесенные ампулы.
– Я думал, ты шутишь. Я нашел налоксон и еще... вот.

– У него восстановился ритм, отсутствует только дыхание. Подмени,- Алекс отодвинулся, и Билл, проверив пульс, принялся вдыхать кислород, наполняя мозг.
– Я вызвал скорую, они скоро должны подъехать.

– Пойду их проведу,- тихо сказала Беатрис, выскакивая за двери. Алекс почти не обратил на это внимание, он быстро сдернул боксеры с лежащего на полу соседа, открывая себе доступ к мышце, а потом точно всадил ему налоксон, выдавливая всю дозу.

– Давай, придурок,- прошептал он, слегка помассировав грудную клетку кулаком, стараясь активировать правильную работу нервных окончаний.
– Давай, ты сможешь...

– Алекс,- Билл смотрел на него немного расширившимися от шока глазами, и Платт понял, что тот не может нащупать пульс.

– Нет! Только не смей!
– он глянул, как лицо Макса снова стремительно теряет краски, коснулся пальцами сонной артерии, пытаясь нащупать пульс. Ничего.
– Только попробуй придурок!
– он сосредоточенно и прицельно ударил, совершая прекардиальный удар. Один, второй.
– Только попробуй!

– Алекс, стой!
– Билл перехватил его руку, не давая ударить еще раз.
– Не надо.

– Пульс только что был.

– Да, но мы все-таки дождемся скорой,- сказал М, укладывая руки чуть выше мечевидного отростка, начиная компрессию грудной клетки. Алекс помогал считать и на тридцатом нажатии вновь вдохнул в легкие лежащего на полу мужчины воздух.

А потом в комнату, в сопровождении Беатрис, вбежали парамедики, оттесняя их в сторону. Алекс опустился на кровать, отрешенно глядя, как пытаются запустить сердце лежащего на полу мужчины. Очистить. Заряжаю. Очистить. Заряжаю. Третья попытка не увенчалась успехом, и что-то внутри болезненно замерло... Уже в ручную продолжая компрессию, Макса погрузили на носилки и повезли.

Рядом с Алексом присела Беатрис, обнимая крепко, прижимаясь к его плечу. Что-то говорил Билл, но он просто сидел и смотрел на то место, где только недавно лежал его сосед. Он ощущал приятный запах шампуня от волос девушки, но в голове судорожно крутилась только одна мысль. Интересно, а как бы Макс отреагировал, если бы он все-таки пригласил его отметить Рождество?

– Алекс,- тихо сказал Билл, кладя руку ему на плечо.
– Ты же понимаешь, что не виноват?

– В чем?

– Налоксон,- тихо проговорил М.
– Ты же знаешь, остановка сердечной деятельности- один из побочных эффектом. Поэтому ты, ни в чем не виноват. Понимаешь?

– Понимаю...

Алекс смутно помнил, что его, кажется, укладывали спать несколько рук, подсовывая какие-то успокоительные. А он не понимал, зачем, ведь он и так хотел спать. И последней мыслью, проскользнувшей в голове, прежде чем он отключился, было какое-то расстроенное понимание, что он не увидит, как Макс выходит из своей зависимости. Он решил выйти другим путем.

***

Утром Алекс проснулся от звонка будильника, как ни в чем не бывало, поднялся, бросив взгляд на пустую кровать, сразу вспомнил, события вчерашнего дня. Но все это было каким-то странным. Не было никакого болезненного осознания, шока от того, свидетелем чего он стал вчера. Очередная смерть от передозировки, то, что и должно было случиться, в конечном итоге.

Начинался вполне обычный день, несмотря на то, что было накануне, учебу никто не отменял. Алекс поднялся, подхватил полотенце и отправился в душ. Спустя десять минут, выйдя оттуда с влажной головой, он подошел к холодильнику, в котором в кои-то веки остались нетронутые со вчерашнего дня продукты, и это вызвало вздох облегчения. Он быстро перекусил, залил в себя двойную порцию кофе, а потом, закинув сумку на плечо, вышел из комнаты.

По дороге из кампуса в основной корпус, Алекс ловил шепотки и какие-то странные взгляды. Сплетни, особенно такого масштаба, быстро расходились. И хоть он прекрасно понимал их интерес, легче от осознания этого факта не становилось. Черт возьми, у него на глазах умер наркоман, а они все, небось смотрят и мечтают сами получить такой опыт сердечно-легочной реанимации, как тот, что был у него в "полевых условиях", пусть и не совсем успешной. Алекс криво улыбнулся, поймав взгляд какой-то младшекурснецы, которая тут же о чем-то зашепталась с подругой, и быстро заторопился, поднимаясь по широкой большой лестнице. Спустя пять минут он уже подходил к кабинету, когда неожиданно уперся прямо в грудь, преградившему ему путь Биллу.

– Алекс? Что ты тут делаешь?

– Что?

– Что ты тут делаешь?

– Иду на занятия, а ты о чем подумал?

– Алекс...
– справа вынырнула Беатрис, глядя на него какими-то странными глазами.
– Ты уверен, что тебе стоит...

– Да что с вами всеми такое!
– Алекс неожиданно почувствовал злость.
– Что вы думаете, что я должен биться в истерике? Знаете что? Это происходит сплошь и рядом. Героиновые наркоманы дохнут, как мухи, потому что конченые идиоты, потому что находят кайф от этого! Или вы думаете, что от того, что этот идиот наширялся до смерти, я должен чувствовать вину? Знаете, да пошли вы. Я просто студент, который хочет посещать занятия, а не быть объектом изучения и завистливых взглядов...