один.

Я проследила за ее взглядом, пока не наткнулась на чистый пергамент.

— Я думала, что дотронулась до всех них, — сказала я, приближаясь к нему.

Положив руку на пергамент, я сказала: — Покажи мне.

Ничего не произошло.

— Может, этот лист действительно чист.

— Ага, конечно, — сказала Камилла. — Он просто осёл. Покажи, кто в доме

хозяин.

Я сосредоточилась на грубой бумаге под подушечками моих пальцев, пытаясь

вытащить изображение из нее, найти то, что спрятано. Картинка образовалась у меня в

голове: отрывочная, призрачная и бесцветная женщина в платье с глубоким вырезом,

усеянным драгоценными камнями, с длинными волосами, каскадом спадающими на

плечи.

Красивое в форме сердечка лицо с закрученными ресницами, наполовину

прикрытое кружевным зонтиком, взгляд через плечо. Она казалась мне знакомой, но мне

нужно было сбросить заклинание, чтобы увидеть ее более четко. Сопротивление было

плотное, словно ткань, и моя рука сжалась в кулак, пытаясь сорвать ее. Острая боль

шипами пронзила мою руку. Я закричала, опускаясь на колени.

— Джул, — воскликнула Камилла.

Я смотрела на свои дрожащие руки. На них пульсировали черные, жилоподобные

знаки, когда боль затихла — они исчезли.

— Святое дерьмо, — выдохнула я.

— Святое дерьмо, — повторила Камилла. — Ты в порядке?

— Думаю, что да, — дрожащим голосом ответила я, принимая ее протянутую руку.

Пергамент оставался по-прежнему пустым, изображение женщины на миг мелькнуло на

нем вместе с подписью в углу. Предвестник.

— Что это? — спросила Камилла.

Я потрясла головой. Это так далеко от моего понимания.

Дверь позади нас открылась, и мы обернулись на звук.

— Идиотки, — ужасающе прозвучал голос Тейлора, застывшего в дверном проеме.

— Что вы наделали?

Мак

Кто оставляет открытой дверь, ведущую на чердак? Разве они не знают, что летучие

мыши могут таким образом сбежать?

Маленький монстр съежился на полпути к лестнице, видимо, ошеломленный

внезапным солнечным светом. Чувствительные глаза, а? Наконец-то что-то в мою пользу.

Я поднялся по лестнице и схватил за шкирку это существо.

— Попался, — восклицаю я слишком рано.

Оно выскальзывает из моих пальцев, щурясь мутным взглядом на землю. В лучах

солнца его мех не выглядит продолжением тени, это скорее темно серая масса с листьями

и грязью. Его глаза размером с мячи для гольфа с жуткими желтыми зрачками. Длинный

подрагивающий хвост, как у крысы. Его суставы и челюсть покрывает чешуя. Его

широкие кошачьи уши выпрямились, когда он посмотрел на меня. Оно зашипело по-

змеиному, широко открывая рот, давая возможность рассмотреть длинные и острые зубы.

Я сделал шаг назад. Что, черт возьми, это за существо? Я удивился, но не собирался

отступать. Я должен доказать свою невиновность, особенно после того беспорядка,

причиной которого я стал.

— Что ты за летучая мышь-змея-обезьяна, — говорю этому существу. — Ты

пойдешь со мной.

Я двигаюсь осторожно, опасаясь его зубов. Оно отступает, всё еще

дезориентированное. Я не собираюсь дать ему ускользнуть.

— Ты поможешь мне доказать директору, что я не сошел с ума, — я снимаю

куртку, подходя ближе. — Я собираюсь завернуть тебя в это, чтобы ты не заразил меня

бешенством. Договорились?

Оно с визгом бросается на меня. Я ловлю его, стараясь держать подальше от глаз.

Пячусь, спотыкаюсь через трубу и падаю с крыши. Мой пиджак выпадает из рук, я же

кричу, все еще сжимая в руках существо. Через мгновение я буду распластанный по

мусорному контейнеру…

Но я приземляюсь в большую кучу грязи, почти в полной темноте. Я кашляю,

чувствуя вкус глины во рту. Летучая мышь выворачивается из моих рук и сливается с

темными пятнами на полу.

Речь о том, как исчезнуть в нем. Я хватаю его за хвост.

— О нет ты… — я падаю вперед, приземляясь на кафельный пол, — не уйдешь.

Освободившееся существо бежит дальше по коридору.