Это был долгий, долгий путь домой. Я остановилась в местном супермаркете, чтобы купить немного еды, бананы и воду. Затем поехала домой. Тьма окутала дом Бель со всех сторон, но так как я в прошлый раз оставила включенным весь свет в доме, он приветливо встречал меня ярким светом. Я припарковалась, вышла из машины, взяла пакет со скудными припасами, сумку с вещами и побрела к входной двери. Подняв коврик, я вытащила ключ, открыла дверь и вошла внутрь.

Отопление я не включала, потому внутри было холодно, и я пошла прямиком к камину разводить огонь, когда дело было сделано, вытащила одела из сумки, расстелила их на полу и легла. Есть не хотелось, пить тоже, в душ идти не было желания, думать тоже не хотелось.

Я лежала и смотрела на огонь, пока мои веки не потяжелели и я не погрузилась в сон.

Мне снился Кейн, мы занимались любовью, я чувствовала как наяву все его прикосновения, ласки и поцелуи, но затем этот прекрасный сон превратился в кошмар, и я оказалась голой, запертой в темной комнате наверху, тот самый запах из кухонного шкафчика под раковиной ударил мне в нос. Я видела маму, она лежала на полу в неответственной позе, широко распахнутые глаза смотрели прямо на меня, светлые волосы залиты кровью. Она лежала и не просыпалась, вне зависимости от того, как сильно я ее трясла. Она не закрывала глаза. Только смотрела на меня невидящим взглядом. Затем появились голоса. Я побежала. Спряталась. Втиснулась в этот кухонный шкаф. Детектив Шэнкс нашел меня, и я снова оказалась в его объятиях, а потом я кричала, стоя посреди Уинстона, потому что монстр внутри меня вышел и его увидела Мерфи, все увидели.

Я проснулась в панике, вся мокрая от пота, холодный воздух окутал меня и дрожь побежала по всему телу. Я тяжело дышала, сердце стучало в груди как сумасшедшее. Каким-то образом я вновь заснула.

Проснувшись утром, я обнаружила, что огонь в камине погас, мне было холодно внутри и снаружи.

Так я промаялась еще два дня. Я колола дрова. Заработала еще больше мозолей. Наконец, я сходила в душ. Я читала, гуляла по участку Бель, замечая, как все вокруг стало запущено, я чувствовала свою вину в этом, что так запустила дом и окрестности. Кейн, однако, все равно забирался в мои мысли. Я даже носила с собой телефон, так, на всякий случай. Но он не звонил и не писал, а мне было слишком стыдно звонить или писать самой.

Наступил канун Рождества.

И я вновь была один на один со своими призраками.

Глава 21. Демоны

Я сидела перед камином в доме Бель и жевала сэндвич с индейкой, который приготовила сама. Канун Рождества, а я вновь одна в доме Бель. Я держала себя в руках, все было под контролем, как минимум, частично.

Я не могла дождаться, когда закончится завтра.

Сон не шел, я легла спать раньше, но совсем не устала. От кошмаров у меня была бессонница, и я чувствовала себя совершенно беспомощной. Я взяла книгу, но что-то мне не очень хотелось читать Эмили Бронте сегодня. Да мне вообще не хотелось читать.

Я хотела Кейна. Я хотела все ему рассказать. Хотела сбросить бремя, которое все эти дни таскала за собой. Я так сильно его хотела, что было больно даже вспоминать его имя, не говоря уже про глаза, лицо, губы, те самые губы, которые доставляли мне столько удовольствия. Дыра в моей груди росла. В канун Рождества я чувствовала себя более одинокой, чему в другие дни.

Я стала ходить по комнатам, прекрасно зная, что из этого выйдет. Воспоминания о жизни, которая была, моменты, которые я вовсе не хотела запоминать. Страх, который я не хотела испытывать.

А что насчет боли? В конце концов, ее-то я заслужила. Коринн Бель говорила так.

Меня от этого тошнило. Чертовски все надоело.

Воспоминания нахлынули на меня, и я выскочила из дома в холод. Схватила топор и побежала на третий этаж, в ту самую комнату. Я вдруг вспомнила свой первый день в доме Бель. Коринн Бель тогда заставила меня раздеться перед ней, принять душ, чтобы смыть всю грязь с девочки, которую она ненавидела, которой она не позволяла оплакивать своих родителей и даже вспоминать о них. Она никогда не обнимала меня и никогда не жалела, никогда не утешала. Она просто взяла все мои вещи и сожгла, вместе с единственной фотографией моих родителей. Она оставила меня одну. Заперла в темной комнате голышом лишь за то, что я хотела вернуть свои вещи. За то, что я не хотела терять последнюю частичку себя, своей жизни. Она заставила меня страдать от последствий. Сказала мне, что я мертва.

В конце коридора темнелась дверь. Я подошла к ней, у меня тут же перехватило дыхание и сердце забилось чаще, слезы потекли из глаз, я закричала.

Взмахнув топором я ударила им по двери, я делала это снова и снова, до тех пор, пока дверь не раскололась пополам, тогда я без сил упала на пол. Едва дыша, я рыдала, затем встала и поплелась в свою старую комнату, еще больше воспоминаний и кошмаров окутали меня. Кейн. Господи, как бы я хотела, чтобы он сейчас был рядом со мной.

Я вновь почувствовала одиночество. На этот раз это была моя вина.

Как только я открыла дверь своей старой комнаты, страхи атаковали меня. Я зажмурилась от волны воспоминаний, но уже через секунду почувствовала, что заслужила все это. Поэтому я осталась, села на кровать.

И разревелась.

Видения той ночи, когда меня нашли полицейские, были такими реальными, что я подскочила с кровати и выбежала из комнаты, как будто демоны бежали за мной по пятам. Они и вправду бежали. Они были там, всегда были.

Сбежав вниз по лестнице, я бросила топор и побежала со всех ног к своей временной кровати у камина, там я натянула тонкое одеяло на голову и только тогда слезы полились с полной силой, а рыдания превратились в вопли. Я заснула плача, я даже не помню, когда рыдания прекратились, но к тому моменту, как я открыла глаза, солнечные лучи ласкали мое лицо. Наступило утро. Рождественское утро. Холод. Одиночество. Я оттолкнула свое отчаяние из-за прошлого, потерянного детства, а так же свою новообретенную любовь к Кейну. Настало время встретиться лицом к лицу со старым демоном.