– Н-да, - только и хмыкнула я.
– Дежурим по обычному расписанию. Предпоследняя смена, как обычно, моя и Сашки.

– Тётя Женя, тётя Женя!
– запрыгала малышня.
– А кино будет?

– Будет, будет!
– засмеялась я.
– Шашлык из тебя будет!

Я поймала ближайшую егозу и потрясла в воздухе. Мазаль, - а это оказалась она, - счастливо засмеялась.

– А что за кино?
– спросил кто-то.

– А каждый вечер Женя показывает детворе пару фильмов на компьютере. Мы перед отъездом сюда мас?су дисков записали. Она отобрала несколько сот дисков и теперь крутит их каждый вечер, - ответила Сашка.

– А нам можно?
– тихо спросил кто-то из рашидовых родственников.

– Конечно!
– сказала Сашка.
– Только не шуметь и, если неинтересно, не мешать другим.

И вся толпа во главе с Рашидом пошла ко мне.

– Прошу прощения, что экран небольшой, - сказала я.
– Сейчас советский мультфильм "Два богатыря", а потом фильм-сказка "Золушка". Поехали!

Понравилось и мультфильм, и "Золушка". Видно было, что рашидовы родственники просто соскучились по фильмам. Даже по таким бесхитростным. Ну я ещё поставила пару немых комедий Чарли Чаплина. Хохот стоял - невообразимый.

А утром я отобрала шесть человек и мы на "перенти" и "брабус", загрузив оружие, отправились на штурм бандитского гнезда. Вместо М60 и МГ3, которые я отдала Рашиду, Сашка поставила два "утёса". Ещё взяли четыре "мухи", два "шмеля", одну "иглу", РПГ-7 и пару десятков выстрелов к нему - осколочные, фугасные и термобалические. Генрих и Татьяна остались охранять машины и детей. Возмущены и обижены были - выше крыши! Но они люди были ответственные и поэтому я знала точно, что они выполнят порученное дело.

– Ну, отряд "Амазонки", поехали!
– скомандовала я.

Колея уверенно вела нас к цели. Пятьдесят километров в час - очень хорошо. В десяти километрах впереди змейкой летел небольшой БЛА. Я всегда старалась воспользоваться воздушной разведкой. В Чечне, например, она раз десять спасала от столкновений с боевиками. Да и здесь уже не раз помогла. Вот и сейчас БЛА показал, что к нам движутся аж четыре машины и один из них БТР-60. Мы легко с ними справились бы, но вот вопрос - а стоит ли? До пещеры уже не так далеко, всего километров двадцать, и патрули бандитов вполне могут услышать звуки стрельбы. Поэтому мы свернули за кусты и прикрылись специально прихваченной маскировочной сетью. Кусты кустами, но разглядеть могут. Они проехали мимо: две "Нивы", "перенти" и БТР-60.

Выждав ещё полчаса, пока отряд достаточно удалиться, мы двинулись дальше. И вот первый плюс того, что мы пропустили этот отряд: на высокой скале БЛА обнаружил пост наблюдения. Из-под навеса высунулся мужик с биноклем. Смотрел, правда не в нашу сторону, а куда-то на запад и что-то говорил в микрофон рации.

– Вот это проблема...
– сказала я, разглядывая дозор на мониторе.
– Придётся, видать, возвращаться на ферму к Рашиду. А потом опять ехать сюда.

– Зачем?!
– пять рож уставилось на меня.

– У нас в "Урале" есть такое чудное изобретение, как дельтаплан. Я бесшумно взлечу, спикирую и расстре?ляю этих уродов. Никто и пикнет не успеет!

– Жень, зачем всем возвращаться?
– спросила Сашка.
– Давай я съезжу и привезу. Где лежит дельтаплан, я знаю.

– Ладно, - согласилась я.
– Бери Михаила и езжайте. Только осторожнее, не забывайте, что перед вами проехали какие-то очень мутные личности. Через три с половиной часа жду вас.

Сашка с Михаилом уехали на "перенти". Я обошла в окрестности, нашла в километре хорошую яму, где машина помещалась вся, и торчал один пулемёт. Прикинув направления, с которых могут появиться враги, я выставила несколько растяжек и парочку МОН-150. Воен, Мари и Тиффани только смотрели на мою деятельность. Наконец, я намазала голову пеной, развернула зеркало и принялась брить - всё-таки уже пушок появил?ся. А заняться чем-то надо. Не, можно было ещё перебирать чётки и вспоминать арабский язык, но до этого дело дойдёт, вряд ли бритьё черепушки займёт три часа.

Когда я закончила брить голову, моё место заняла Тиффани. Вот же дуры девки! У всех троих были роскошные волосы, нет, подстриглись до ёжика, теперь же налысо бреются. Ну, у меня ладно, я просто не хочу седой ходить. А им зачем свою красоту уничтожать? Достала я "Пятерицу" азербайджанского поэта Низами, чётки, и принялась повторять арабские спряжения, склонения и прочие времена, в которых ещё путалась. И глаза ещё прикрыла - так мне легче запоминалось.

– Женя!
– раздалось над ухом.

Я открыла глаза и посмотрела на Мари с блестящей в солнечных лучах черепушкой. Успела побриться.

– Чего надо?

– Ты что, молишься?
– она посмотрела на чётки, на книгу на арабском.

– Дуры!
– Я не выдержала и заржала.
– Ох вы и дуры!!

Отсмеявшись, я объяснила:

– Так я арабский язык учу. А это не Коран, а "Пятерица" - пять поэм великого поэта Низами на арабском. Не мешайте, коль самим делать нечего.

И я опять погрузилась в таинства арабского языка. Снова меня потревожили через два часа. На этот раз я открыла глаза, когда Тиффани только подошла.