– А потом?

– Очнулся я - темно, подвал какой-то, присмотрелся - вроде как в клетке сижу, да еще с охранником. Кормили раз в день отходами какими-то. А не так давно перевели в другой подвал.

– Знаю, знаю. Ты в доме графа был, в подвале. А мы их напугали своими поисками. Мы чуть-чуть тебя не нашли.

– Да, если б не ты... Ты меня спас. Эх, Ванька, Ванька! Понаделал я тут дел, наломал дров. Как теперь быть? Ума не приложу. Я ведь в глаза матери посмотреть не смогу.

Отец плакал. Я обнял его и тоже заплакал. И стало сразу легче:

– Ничего, пап, что-нибудь придумаем. Мама у нас добрая, она простит. А спас тебя не я, а Бог помиловал. Пока я тут во всем разбирался, я в Бога поверил. Мы с Машей покрестились. Папочка, Он, правда, есть! Я в это твердо верю, и даже не то чтобы верю, я это знаю!

Отец обнял меня, прижал к себе и сказал:

– Раз ты так считаешь, значит, это так и есть. Ты у меня гораздо лучше и умнее меня. А я... Сколько я передумал за это время! Если бы ты знал! И с жизнью сколько раз прощался! Эх, Ванька! Слава Богу, что ты у меня есть.

На следующий день меня навестили деды, потом мама с Машей, а потом тетя Вера с дядей Борей и Лешкой.

– Это герою нашего времени, - сказала тетя Вера и вручила мне букет гвоздик.

Честно говоря, мне никто никогда цветы не дарил. Мне стало неловко, что я женщина что ли? Тетя Вера, видя мою неловкость, сама набрала в банку воды и поставила на тумбочку.

– Как дела, герой?

– Да, какой же я герой? Искал своего Коршуна невесть где, а он рядом был. Это ведь дядя Костя. Он чуть на маме не женился. Ужас! А ведь все сходится - буква "К" потеряна, а окончание с девичьей фамилии матери взято. Что тут непонятного?

– Ваня, сказал дядя Боря, не расстраивайся, у всех бывают ошибки. Я так вообще должен был отца твоего беречь. И что? Сам знаешь.

– Да, ладно вам о грустном. Все так хорошо закончилось!
– сказала тетя Вера.

– Еще не закончилось, - улыбнулся я, - будет нужна ваша помощь.

– Подвиги не кончились, Геракл?
– пошутила тетя Вера.

– Конечно, мы в твоем полном распоряжении, - сказал дядя Боря, - а как отец?

– А вы его навестите сами.

– Да, к нему ведь не пускают.

– Я проведу.

Я осторожно провел дядю Борю мимо сестринской и пустого поста на третий этаж и постучал в палату N 312, потом убежал к себе. Отцу надо восстанавливаться, а, значит, и общаться тоже.

Вернувшись в свою палату, я услышал потрясающий рассказ тети Веры, о том, как нас спасали:

– Мы с твоим отцом сидим в машине у левого входа в зоопарк, пять переодетых сотрудников твоего отца ходят по зоопарку. А группа захвата ждет команды в микроавтобусе рядом. Мы ориентировались на сообщения наших агентов. Но, как назло, почему-то появились шумы в рации, кто-то нашел эту частоту и старательно глушил. Дальше - больше. Отказали сотики. Нет связи. Тогда мы с твоим, Лешка отцом не выдержали и пошли туда.

Я расхохотался:

– А мы там с клеткой стояли, как на базаре, гусей продавали...

– Стояли. Если бы. Только мы подошли, отец и говорит: "Все, пора сворачивать операцию", вы как два зомби с этой огромной клеткой вдруг поворачиваете к правому выходу. А тут дети, какая-то баба орет. Суматоха страшная.

– Это Коршун устроил, чтобы нас похитить. Он и митинг на площади для этого организовал, - сказал я.

– Точно, - сказал Леха, - и время назначил подходящее.

– Мы за вами пошли, а вы от нас, да бегом. Мы никак не поймем, телефон не работает. Кричим - вы не слышите. Там шум был ужасный. Я чуть каблук не сломала! Бегу, а тут на глаза лозунг попадается. Вы не поверите! "Сохраним пернатых нашей области" и коршун нарисован. Тут у меня дурное предчувствие возникло. И мы вас потеряли. Отец твой, Лешка, чуть с ума не сошел! "Надо, - говорит, - объявлять операцию "Перехват", а машину мы не знаем". И тут один из его сотрудников подбегает и выкладывает нам номер этого джипа. Говорит, что сели вы сами, по своей воле.

– Да он нам предложил подвезти. Сам на митинг, а водителю дал задание. А что дальше было - не знаю, - уточнил я.

– Конечно, ведь у него в машине баллон с усыпляющим газом. Мы номера пробили - машина депутата Коршунова. Дача у него в том поселке, поехали туда. Тут еще этот француз увязался с нами, из Интерпола. Вдруг звонит Пашка, что нашел ход под рекой. Ну, мы решили, что поскольку вы в заложниках, лучше идти оттуда, откуда нас не ждут. Доехали до Малых Бугров, Пашка нас встретил и провел. Узковато там местами. Мы по ходу дела с французом сочинили историю про наследника графа, чтобы нашего Оршанского смутить и отвлечь.

– Да уж, - классно у вас вышло, - восторгался Лешка, - они потом, Ванька, того парня допросили, который нам лебедей дал. А он ничего не помнит, как под гипнозом был.

– Ничего себе! Значит, Оршанский его заколдовал.

Тут вернулся дядя Боря. Он был доволен состоянием здоровья отца и что-то зашептал тете Вере. Вскоре они попрощались и ушли. А я, решив усиленно поправляться, уснул.

Сокровища старого графа