Пахло крысами и какой-то кислятиной. Конечно, мы никого не нашли, но тетя Вера забегала по комнате. Она исследовала постель, потом кресло, потом ее заинтересовали какие-то тряпки и веревки на полу. В углу она нашла какую-то коробку и завизжала от радости. Мы даже вздрогнули.

– Хлеб, тут хлеб!

– Ну и что?
– удивленно спросил Борис.

– А то, что он еще не успел зачерстветь. Ему не больше трех суток! Максимум четырех. Значит, тут был кто-то, жил, а точнее тут держали кого-то в этой тюрьме. Возможно, кто-то постоянно был при нем. Так, свет... Здесь была лампа, керосинка. Да. В подвале нет электричества.

Она опять стала нюхать какие-то тряпки.

– Какой размер ноги у твоего отца?
– спросила она.

– Кажется, 43-й, - ответил я.

– Угу, точно. Все сходится. А вот это что?

Она вытащила из-под лежанки внутри клетки что-то блестящее и маленькое в форме сердечка. И я закричал:

– Это же Машкин брелок! Она подарила отцу год назад. Они с мамой купили. Он его всегда с собой носил как талисман. Теперь вы верите? Он жив, он жив!

– Жив. Только вы тут понаделали дел, господа сыщики! Ой-ой-ой. Ладно, пойдемте отсюда наверх. Здесь мы уже ничего не найдем. Вы их спугнули своими поисками.

Мы выбрались наверх, сели в машину и поехали домой. Всю дорогу мы молчали. Я понял, что вчерашними действиями мы все испортили...

Когда шашлык был готов, Вера сказала:

– Я все понимаю, единственное я не понимаю - зачем он им нужен живым. Держат мужика в подземелье уже больше месяца, убедив всех в том, что он умер. Это крайне опасное занятие. Гораздо безопаснее в наше время его, действительно, убрать.

От этих слов у меня как будто ноги подкосились.

– И еще - почему тут, в этом доме? Ваня, что тебя связывает с этим домом, кто такой Коршун?

– Надо бы в милицию обратиться, - сказал Борис.

– Да, правда, может, вызовем...
– присоединился к нему я.

– Глупый вы народ, - покачала головой тетя Вера, - давайте лучше шашлык есть. И не бойтесь. Если его до сих пор не убили, то значит он им очень нужен ЖИВЫМ!

– Но ведь надо его спасать!
– сказал я.

– Ванька, успокойся, - похлопал меня по плечу Лешка, - не дергайся. Милиция здесь тебе не поможет. Что ты им предъявишь? Эти следы? Этот брелок? Или тот диван с креслом. А, может, еще про Дарью Ивановну расскажешь?

Шашлык получился фантастическим! Он просто таял во рту. Потом мы пошли спать, а Борис с тетей Верой поехали в город, пообещав на днях приехать опять. Лешка прошептал: "Ну, что, классная у меня тетка?", а я ответил ему: "Угу" и провалился в сон.

Мне снилась покойная Дарья Ивановна. Она дала мне свечку и просила поставить в церкви. Я пообещал, но она почему-то забрала ее обратно, сказав, что ей темно. Потом она выпроводила меня по причине большой занятости, а когда я прощался, сказала: "Ну, что? Права я была?" и расхохоталась.

Азы детективной логики

Утро следующего дня встретило нас дождем. Лешка с видом Шерлока Холмса сказал нам, что нужно заняться обработкой полученной нами информации.

– Тебе бы еще трубку и на Бейкер-стрит, - пошутил я, хотя тоже внутренне присоединился к этому решению. Мы попили чай с пряниками, угостили старушек, потом вытерли стол и прямо на кухне решили провести совет в Филях.

– Основной вопрос, - сказал Лешка, - где искать твоего отца? То, что он жив - очень похоже на правду. Пашка, тащи лист бумаги и ручку.

Через пять минут пришел взъерошенный Пашка, неся какой-то мятый желтый лист бумаги и огрызок карандаша.

– Все, что нашел.

– Ладно, пойдет.

– Ты что, детектив писать будешь?
– спросил я Лешку.

– Нет. Я всегда стараюсь все упорядочить, разложить по полочкам и тогда легче во всем понять смысл и увидеть истину. Так, как мой отец делает. Вот, что я думаю по поводу всего этого. Жил был граф. Богатый или не очень, но потом он проигрался и стал бедным. Он находит себе богатенькую невесту, ухаживает за ней и женится.

– Не просто невесту, и не просто богатенькую, - перебил его я, - Он нашел невесту с фамилией Лебедева. Значит, он еще до свадьбы знал про кольца и всю эту легенду, а, быть может, какие-то колдовские штучки, раз он так быстро женился на фрейлине самой императрицы.

– Может быть, но это сейчас не столь важно, к тому же в это сейчас никто не верит. Ты вот Пашка веришь?

– Ну, не знаю... У нас тут в деревне была одна баба Нюра, она бородавки выводила заговариванием и грыжи у младенцев загрызала, только не знаю как.