Наконец, я выбрался на улицу и впервые почувствовал, что пришла весна. По этому, ни с чем не сравнимому весеннему запаху. Я не знаю, откуда он берется. Но, почувствовав его, каждый понимает - пришла весна, и какая-то непонятная радость прокрадывается в сердце, даже самое холодное, самое заледеневшее за долгую зиму. В этот момент вдруг осознаешь, что жить - это здорово!

Тут я увидел, что из здания гимназии вышел отец Николай вместе с Маргаритой. Они еще немного постояли и направились по дороге к остановке троллейбуса. Я ускорил шаг и вскоре догнал их. Они сразу приняли меня в свою компанию.

– Не знаю почему, но мне очень тяжело читать Священное Писание, - говорила Рита, - Как начинаю читать, все время какие-то посторонние мысли лезут в голову.

Нужно было поддерживать разговор.

– А мне, наоборот, стало легче, - сказал я, - ну после этих событий, - и запнулся. Говорить при Рите об "этом" я не мог.

– Конечно, - поддержал меня отец Николай, - теперь ты читаешь с верою в написанное, это стало для тебя жизненноважным. У тебя появилась вера в Бога. Это очень хорошо. Очень важно.

– Но я тоже верю в Бога, - почти шепотом проговорила Рита.

– Это хорошо, Рита, - отвечал батюшка, - но вера - это дар Божий человеку, и не надо думать, что она возникает на пустом месте. Вот вчера я не верил, а сегодня сходил на занятие к отцу Николаю - и уже верю. Нет, у человека на каком-то промежутке его жизненного пути возникает возможность приобрести духовный опыт. Причем, у каждого он свой. Может быть, чудесное спасение от неминуемой смерти, исцеление от недуга или даже зрение ангелов. Или что-то иное, - сказал отец Николай и с тревогой посмотрел на меня.

Я отвел глаза. И опять почувствовал свою виновность, не то я делаю. Неправильно, а изменить что-либо не могу, как будто сам стал заколдованный. Хожу и хожу туда... Зомби какой-то.

– Ведь что такое вера?
– продолжал отец Николай, - Это уверенность в чем-то, чего нельзя доказать. Поэтому нужно верить. Кстати, атеизм - та же вера, но, к сожалению, не в Бога, а наоборот. Ведь атеисты ничего толком доказать не могут, а лишь прикрываются идеей научно-технического прогресса да своей любимой эволюционной теорией Дарвина. При детальном рассмотрении все научные открытия лишь подтверждают сказанное в Библии. А эволюция возможна только внутри какого-то вида. То есть возможны лишь небольшие изменения, например, от лесной фиалки до домашней, какие у вас в кабинете на подоконнике растут. Но из этой фиалки никак не получить банан или фиговое дерево, точно также как из обезьяны - человека.

И у меня, и у Маргариты возник один и тот же вопрос, и мы вместе, не сговариваясь, спросили:

– А почему же нам все это преподают как единственно верные знания?

– А вы сами подумайте, 70 лет в стране была власть, которая не только проповедовала атеизм как основную идеологию, но активно уничтожала все инакомыслящее, разрушала церкви, расстреливала священнослужителей. Ходить в церковь, носить крестик - было позорным и небезопасным. Могли уволить с работы и даже дать срок. Все книги, включая учебники, подлежали жесткой цензуре. Ты, например, Ваня, знаешь, что такое креационизм?

– Нет.

– И никто в вашем классе не знает. Ваш "А" класс, к сожалению, практически не ходит ко мне на занятия.

Мне стало стыдно. А Рита сказала:

– А у нас только 5 человек ходят.

– Креационизм - это учение о Божественном сотворении мира. Во многих колледжах и университетах за рубежом его преподают как учение, альтернативное атеизму. Ведь там верующих людей среди ученых больше, чем у нас. Многие ученые были глубоко верующими людьми, например Макс Планк. Дарвин тоже был верующим и даже учился на богослова. Если не вдаваться в фантазии, как делали многие идеологи марксизма, его учение посвящено строго внутривидовой эволюции, то есть тем естественным изменениям, которые могут претерпевать представители одного вида. Но никогда вьюрки с Галапагосских островов не превратятся в страусов или кукушек.

– Да, но нам преподают совсем другое. И как единственно возможное учение. Но почему учителя этого не знают?
– спросила Рита.

– Верующие, а их, к сожалению, мало, прекрасно понимают, что дарвинизм потерпел крушение от генетики и палеонтологии: никаких переходных ступеней, никаких переходных видов в природе как живой, так и ископаемой не найдено, никакого медленного и постепенного развития, ученые в природе не обнаружили. Напротив, каждый новый вид животного или растения появился внезапно, как бы из ничего, на голом месте, без предшественника. Для объяснения этого чуда создали теории о внезапных мутациях, скачках или сальтациях, причем эти скачки и мутации имеют строго направленный характер! Тогда это же чудо! А чудеса, как вы знаете, атеисты отрицают.

– Да уж. Мой дед считает все чудеса выдумкой и фальсификацией, - подтвердил я.

– Так вот, - продолжал батюшка, - мутации - изменения в генетическом материале - в целом всегда разрушительны. На одну положительную созидательную мутацию приходятся миллионы отрицательных разрушительных. Вероятность появления нового вида через мутации равна вероятности появления книги Библия в результате взрыва в типографии.

Мы рассмеялись.

– А вы учителям нашим это не хотите рассказать?
– спросила Маргарита.