– Знаю, все чертовски сложно, но я не могу держаться от тебя подальше.

– Это не справедливо. То, что ты просишь у меня - не справедливо!
– выкрикнула она, и ее злость напрямую контрастировала с моим подчинением.
– Все это ныканье по углам заставляет меня чувствовать себя твоим грязным секретом, – голос Оберн сорвался на последнем слове.

– Знаю. Ты должна понять - я женат. Ее родители известные и очень уважаемые в городе люди, - пояснил я.

Ее грозный шепот эхом разнесся в темной комнате.

– Тогда почему ты снял свое обручальное кольцо? – вопрос Оберн повис в немой тишине между нами, когда я коснулся того места на своем пальце, где раньше было платиновое кольцо.

– Мне больше не казалось это правильным, - наконец, ответил я.

– Думаю, что и это больше не правильно, - ее тихие слова прозвучали как финальный аккорд, и мою грудь сковало от холода.

– Я не могу потерять тебя, ты - единственный человек, рядом с которым я могу быть самим собой. Даже если все это пройдет, - намекнул я на сексуальное напряжение, которое мы оба испытывали минуту назад, - Мне нужна твоя дружба.

– Рид, - прошептала она. Я надеялся, что она сломается. Молился достучаться до нее. Я не мог объяснить власть Оберн надо мной, но ей каким-то образом удалось вдохнуть жизнь в мое израненное сердце.

– Пожалуйста, - прошептал я, положив руку ей на шею и притянув к себе.
– Пожалуйста, Оберн, - выдохнул я напротив ее губ.

Я почувствовал, как ее тело прижалось к моему, когда едва касаясь, она провела рукой по моей шее, сцепила руки у меня спиной и прислонилась лбом к моим губам. Так мы и стояли в объятьях друг друга, и наше дыхание было единственным, что нарушало тишину в кладовой.

– Мы должны вернуться в класс, - сказала Оберн, спустя несколько долгих минут. Она все еще была настороженной по отношению ко мне, но я готов был все исправить. Я должен все исправить. Возможность потерять ее - это риск, на который я не могу пойти.

– Наверно, мне стоит прогулять остаток урока, - сказала она, отстраняясь от меня. – Наверняка я выгляжу тщательно оттраханной, хоть и не знаю об этом.

Я услышал улыбку в ее голосе, и мое сердце вернулось к жизни.

– Ты слишком подозрительна. Подожди.
– Я достал телефон из кармана и включил фонарик.
– Закрой глаза, - сказал я, прежде чем направить свет ей в лицо. Вытерев разразившийся макияж у нее из-под ресниц, я добавил, - Как всегда прекрасна, - и поцеловал ее в кончик носа.

Она улыбнулась, расчесывая пальцами спутанные волосы.

– Прости, что так отреагировала, - сказала Оберн и в следующее мгновение шагнула в мои объятия. Я инстинктивно обвил ее руками, прижимая к себе.

Положив голову ей на плечо, я удовлетворенно вздохнул.

– Я чуть с ума не сошел за эту неделю без тебя. Люди говорят о вторых половинках и родственных душах, не знаю, верю ли я в это, но казалось, что я сгорал изнутри, когда ты игнорировала меня. Я сгораю для тебя, Оберн. Сгораю дотла, - закончил я, не уверенный, готова ли она к тому бремени, что я взвалил на нее.

– Рид, - прошептала она мне на ухо. В этот момент меня переполняли эмоции, я почувствовал, как на глазах выступили слезы.
– Прости, что игнорировала тебя. Я была так потрясена твоим возвращением в свою жизнь, последние несколько недель буквально все перевернули для меня, я просто испугалась.

– Мы можем не спешить, если хочешь, Оберн. Во всем, - вставил я.

– Знаю. Но это произошло не потому, что наши отношения развиваются слишком быстро, а потому что ты снова вернулся в мою жизнь. Мы так долго были вдали друг от друга, и вдруг я здесь, и ты здесь, и все снова как раньше. Это и испугало меня, а осознание того, что мы не можем быть вместе, по крайней мере на публике, разбивает мне сердце.
– Ее голос дрогнул, но спустя мгновение она вздохнула и продолжила, - У меня такое чувство, что есть что-то, о чем ты не хочешь мне рассказывать, - отстранившись, Оберн взяла в ладони мое лицо, - Но я хочу, чтобы ты знал, я всегда - всегда - буду рядом, когда ты захочешь поговорить. В любое время дня и ночи, я буду рядом, - закончила она с ободряющей улыбкой.

– Ты лишаешь меня дара речи, - прошептал я, уткнувшись ей в шею и вдыхая ее успокаивающий запах.

– Нам пора возвращаться, - сказала она. Я зарычал в знак протеста, прежде чем ослабить объятия. Мне всегда будет не хватать времени с ней.

Я еще раз сжал руку Оберн, прежде чем приоткрыть дверь. Быстро осмотревшись, я не никого не заметил. Все еще держа Оберн за руку, я потянул ее за собой, но выйдя на яркий свет флуоресцентных ламп в холл, мы инстинктивно отпрянули друг от друга.

Несколько студентов подняли головы, когда мы зашли в класс, но основная часть не заметила нашего появления, продолжая яростно писать. Оберн села на место и посмотрела на часы. Я проследил за ее взглядом и понял, что мы отсутствовали почти пятнадцать минут. Я сел за свой стол, прямо напротив нее, наблюдая, как взяв ручку, она принялась писать. За те годы, что она у меня училась, я уже научился узнавать ее плавный почерк.

В три сорок пять я встал и объявил о том, что время вышло. Бросая взгляды в сторону Оберн, я рассказал, какой объем романа они должны прочесть к следующему занятию, и озвучил несколько тем, над которыми им следует подумать во время чтения. Мой взгляд снова вернулся к Оберн. Ее темные глаза казались немного встревоженными, когда она ожесточенно терла собственную шею, глядя на меня. Я прищурился, не понимая, зачем она это делает, и продолжил говорить. Закончив занятие, я наблюдал, как студенты расходятся, оставляя у меня свои блокноты. Оберн тоже положила свой мне на стол и странно посмотрела на меня, перед тем как снова потереть шею, после чего вместе со всеми направилась к двери.