Офелия

Давно за дверью, папа, не ори!

Полоний

Отлично, вот, возьми-ка в руки книжку

И сделай вид, что чтеньем занята.

Клавдий

Она очаровательна, Полоний!

Полоний

Вот эта книжка? Что вы! Ерунда!

Какое-то Платона толкованье!

Клавдий

Офелия твоя! Гляди, гляди!

Как маков цвет зарделась!

Офелия

После бани

Всегда краснеет рожа, государь!

Клавдий

Пикантная деталь! Так ты из бани?

Полоний

Король, король! Скорее, он идет!

Влезайте в шкаф, да полы подберите!

(Заталкивает Клавдия в шкаф.)

Офелия, молю, не подведи!

(Сам забирается следом.)

Офелия

Да мне уж и самой-то интересно!

(Входит Гамлет. Не замечая Офелии, говорит сам с собой.)

Гамлет

Иметь иль быть? – вопросец-то не прост.

Особенно когда тебя имеют!

Вся перспектива рухнула в песок:

Присвоен датский трон безмозглым дядей.

В ничтожестве, как шавку при дворе,

Меня тут норовят держать отныне.

И мать еще, и мать, и мать, и мать…

Иметь – и, воле призрака поддавшись,

Качнуть права, потуже зарядив

Насос интриг и выходок кровавых?

Отдаться мести, жару всем поддать?

Предать позорной смерти негодяя?

Воистину – вот датская мечта!

Задать им всем! В монашки – мать Гертруду!

Офелию – к кровати привязать,

Полония – в полон, Лаэрта – к черту.

А всю страну куда? Гораций, кстати,

Премьер-министром верным мог бы стать…

Но Данию-то, Данию куда?

Куды ж нам плыть? С копьем на Фортинбраса?

Подумаешь, вот важные дела!

С мятежными крестьянами как быть?

Содрать с них разве данью по три шкуры?

Иль, может быть, умней свободу дать?

Свободу дать датчанам – вот так подвиг!

Уж лучше просто быть самим собой —

Вернуться в Лондон, в чистую Европу,

Матросить девок, с лекции удрав —

Пить горькую с балбесами-дружками,

Есть на халяву рыбку без труда,

Не думать о политике, о средствах,

С котомкой легкой по свету бродить,

Писать стихи, эпистолы, картины,

Природой любоваться, наконец!

Дождями, снегом, влажными лугами…

И как меня потопит море бед,

Когда уйду в реальное я море

На крепком бриге с парусом льняным?

И как меня достанет страхом призрак,

За что зацепит мертвый мой отец,

Когда в простой германской деревушке

Я голову с улыбкой положу

На девичьи чувствительные бедра,

Нагие – да! – белее молока,

Да вот еще – с рисунком от соломы,

И стану тот рисунок целовать?

Эх – будь, что будет! Что-нибудь да будет,

И по-любому я не виноват:

Датчане мы – какая неудача!

Отдам бразды Юноне… На авось.

(натыкается на Офелию)

Офелия! Как нимфа, – чтоб тебя! —

За старым гардеробом притаилась!

Офелия

Ну, Гамлет, я не знаю… Ты – дурак

Или со шкурной целью притворился?

(Дверца шкафа со скрипом открывается, на мгновение появляется рука Полония и вновь прикрывает дверцу.)

Гамлет (заметивший этот маневр)

Ах, вот ты что! Ах, вот какие тут

Полезли из шкафов у нас вопросы!

Офелия

Каких шкафов?

Гамлет

Тех самых, милый друг,

Где прячутся, согласно поговорке,

Средь башмаков и грязного белья

Во всяком доме мерзкие скелеты!

Офелия

Скелеты померещились?