– Да не бреши!

– Лично видел, - подтвердил из своего угла Темьен, - сначала старик развернулся и стрелу словно из воздуха выхватил, а уж потом Мыш вспыхнул.

– А что вы все куда-то бежать собрались?
– посмотрел на товарищей Шенк, - барон бароном, а служба службой. Взятки брать нельзя? Так кто узнает-то? Ну, перетерпим по первой-то, а там, глядишь, седой и успокоится. А что до девок - так и сейчас в трактир меньше чем десятком не выйдешь. Я уже и не говорю про то, чтобы с молодкой просто так словом перекинуться.

– Деньги обещают опять же, - кивнул Ллойд, - а в деревне-то сейчас - гнилое дело, точно говорю.

– Надбавки...
– протянул вечно безденежный Сэм, - тебе вот Ллойд хорошо - ты грамоту разумеешь, тебе сразу больше дадут.

– Ну и ты выучись, кто мешает-то?
– пожал плечами мечник, - да и не только про грамоту ведь речь шла. Интересно, а горский за иностранный язык считаться будет?

– Ага, жди! Горский даже я понимаю!
– вот скажи, Карстен, если я ложки строгать умею - накинут мне за это пару монет, а?

– А что ты у меня-то спрашиваешь?

– Дык, ты умный. У этих, новых, разве спросишь? Они ж после этой ночи сразу за стрелялки свои хватаются.

– Канстеры это называется, - влез Темьен, - у меня дядька в Темных Баронствах когда служил такие видел. Да и какой смысл? Эти-то наемники все. С кем-нибудь из слуг бы поговорить. Узнали бы, что это за старик, чего ждать. А то прав Толстяк, боязно как-то.

– Вон идет, - Занр спрятался за зубец и снова принялся точить нож.

– А ничего так чернявая, - оценил Ульрик, - а глазищи-то какие!

– Эй, девка, а ну-ка иди сюда!
– приказал Шенк.

Служанка, остановившись, смерила стоящего на крыше бойца взглядом, а затем взмахнула рукой. Жак только и успел, что откатиться в сторону, прикрыв голову. Карстен, сидящий поодаль, заметил, что огненный шар ударил в зубец стены, так что Шенку еще повезло. Катающийся по земле боец явно был не согласен с такой оценкой событий.

– Она не служанка, кстати, - невозмутимо заметил Ллойд, даже не пытаясь помочь товарищу, - она магесса. Ученица нашего барона.

– Ты раньше не мог сказать, ублюдок?
– зыркнул на него Варс, - Шенк, прекрати выть! Дай хоть глянуть, что там у тебя. Не скули, ничего там страшного.

– Поссать надо, оно само все и пройдет. Меня бабка учила.

– Да пошел ты!
– Шенк явно решил, что Сэм издевается.

Ожог действительно выглядел не так уж страшно. Боец, сыпля ругательствами, полез вниз. Что ж, у тех слуг, что попадутся ему на пути, сегодня будет неудачный день.

– Слушай, Темьен, а почему ты барона стариком называешь?
– вдруг спросил Карстен.

– Наемники его так между собой зовут, - пожал плечами парень, и вдруг встрепенулся: - ты что, думаешь...

– Да ну, глупости!
– Ульрик тоже понял, куда клонит командир, - тот Старик маг и демон. Он огромный, с черными глазами и вот такими клыками! Я сам слышал от того менестреля... ну, которого.

Боец замялся и умолк. Да, с менестрелями тогда получилось забавно. У Жака до сих пор от воспоминаний начинало ныть в паху.

– Дурак ты, Ульк. Не демон, а охотник на демонов!
– Темьен накинул заштопанную куртку, - хотя все равно не похож. Видел я как-то одного в Доуже - весь из себя амулетами обвешан, а уж важный такой, что и не пердни в его присутствии!

– Ты пердни, а мы посмотрим!
– рассмеялся Сэм, - в живых останешься - значит не он.

– Ша!
– Занр указал рукоятью ножа на неспешно открывающиеся ворота.

– Быстро они что-то...
– недоуменно протянул Ульрик.

– Ты знаешь, Вакр, если глаза меня не обманывают, то, пожалуй я пойду с тобой.

– Ты чего это?
– мечник недоуменно нахмурился. Карстен редко менял свое мнение.

– Руку даю на отсечение, но вон то тело очень похоже на старшего из отпрысков тай-Лионтера.

– Конь точно его, - Ульрик, сдвинув шлем, почесал макушку, - Черного Урагана ни с кем не перепутаешь.

Карстен выругался и поспешил вниз, чтобы не маячить на виду у нового господина. Вскоре на крыше не осталось никого. Дежурить должны были Темьен с Толстым Жаком, но кого это волнует, когда тело капитана болтается под мостом, поскрипывая веревкой?

**********

" ...вышеозначенный разбойник наглость имеет называться сыном вашим. Лжет, как я полагаю, ибо истинно благородный человек, да еще и наследник такого выдающегося рыцаря как Вы, дорогой сосед, никогда не позволил бы себе столь недостойное поведение. Ибо долг первейший рыцаря - защищать слабых, а не насиловать и убивать их, когда вздумается, да еще и на чужой земле..."