Если сложить все, что обсуждается в последние дни, то выходит следующая картина. Бабаков, согласно договоренностям с Кремлем, с одной стороны, и Рогозиным — с другой, в марте возглавил «Родину». Однако было очевидно, что будущего у партии нет и что Кремль продолжает рассматривать ее как потенциальный источник проблем. После отставки Рогозина ее перестали жестко «мочить», но ни о какой поддержке, вроде той, что оказывалась в 2004–2005 годах, и речи быть не могло. В современных условиях это означает, по сути, эвтаназию.

Миронов имеет прямой выход на президента и автономен от кремлевской администрации, в том числе от тех ее руководителей, которые отвечают за внутреннюю политику. Он такой не один. Но вряд ли найдется среди «автономников» более активный и беспокойный деятель. Помимо прочего Сергей Михайлович еще в 2002-м запустил свой личный партийный проект. Ни о какой объективной востребованности РПЖ политическим рынком речь не шла, просто Миронов решил, что у него должна быть партия.

Поначалу на нее смотрели сугубо как на игрушку тщеславного провинциала, разом перескочившего несколько карьерных ступенек и всерьез вообразившего себя третьим человеком в стране. Но сейчас, по прошествии четырех лет, нельзя не признать, что на выходе получилось нечто большее.

РПЖ занимает уникальную нишу в российской политике. Это одновременно совершенно пропутинская партия, ведь в преданности Миронова президенту трудно усомниться, и совершенно «антикремлевская». Она не встроена в систему, предполагающую доминирующую роль партии власти, то есть «Единой России», и вторые роли и «политические резервации» для «конструктивной оппозиции». Уже несколько лет РПЖ подает себя одновременно в качестве «второй партии власти» (в первую очередь региональным элитам) и одной из левооппозиционных сил. Больших успехов добиться не удалось. Электоральные показатели соответствующие — так, прошлогодние выборы в Мосгордуму РПЖ проиграла, хотя, по имеющимся сведениям, на кампанию было потрачено чуть ли не 10 млн. долларов, по итогам мартовской серии выборов она «взяла» лишь два региона из восьми — Курскую область и Алтай. Впрочем, Миронов не унывает и, по-видимому, считает, что капля камень точит и «все еще будет».

В чем-то он, пожалуй, прав. В нынешней ситуации у РПЖ есть шансы укрепить свои позиции в регионах и успешно поучаствовать в думских выборах.

Во-первых, Миронов привлекает значительные средства, за счет которых содержит сеть региональных организаций, оплачивает избирательные кампании и партийный PR.

Во-вторых, близость спикера к президенту позволяет, как уже говорилось, позиционировать РПЖ в качестве «второй партии власти» (которой она не является), проще говоря, дурить головы провинциальным политикам и бизнесменам, и одновременно страхует ее от попыток давления со стороны кремлевских партстроителей и региональных руководителей. Это особенно интересно, если учесть, что РПЖ постоянно нападает на «Единую Россию» (вспомним, к примеру, московскую кампанию). Таким образом, у партии нет проблем ни с деньгами, ни с людьми, ни с допуском к выборам.

В-третьих, в отличие от единороссов, на которых возложено много различных задач, начиная с проведения эффективных кампаний на осенней серии региональных выборов (8 октября будут избираться девять региональных парламентов) со средним результатом в 45 процентов и кончая поддержкой и продвижением президентских инициатив, РПЖ ни за что не несет ответственности. А потому может маневрировать совершенно свободно. И пока ее цель — просто проходить семипроцентный барьер.

В-четвертых, мироновцы помимо прочего застолбили актуальную для горожан тему «качества жизни», то есть способны выступать некоей «партией потребителей». То, что у них пока ничего в этом направлении не получалось, отнюдь не значит, что не будет получаться никогда.

В-пятых, несмотря на то, что РПЖ моложе «Единой России» всего на год, она все еще часто воспринимается как новая партия. А новички, если они активны, всегда привлекают дополнительное внимание.

И, наконец, в-шестых, опыт неудач (на тех же выборах) может чему-то научить даже совсем «необучаемых»…

Таким образом, Миронов и Бабаков, что называется, друг друга нашли. Первый решительно настроен на победы на осенних выборах и дальнейшую раскрутку РПЖ. И он не особенно щепетилен в выборе новых союзников, партнеров и клиентов. Второй, вложивший в «Родину» немало денег и личного труда, несомненно, хочет хотя бы частично вернуть свои инвестиции (сохранить некое политическое влияние, возможность решать вопросы на региональных выборах, получить места в новой Госдуме для себя и своих людей). Из кремлевской системы партия выпала, за что надо сказать спасибо Рогозину. Значит, остается одно — сдать ее «антикремлевскому» Миронову. Авантюра? Да. Но альтернатива ей, как уже сказано, — эвтаназия.

Вброшено мнение, что у Бабакова могут быть проблемы с проведением решения о сотрудничестве с РПЖ, а тем более об объединении через официальные партийные органы. Действительно, партию целиком он сейчас не контролирует. Но, в конце концов, одних он выстроит, других убедит, третьих просто выгонит. Антибабаковская фронда в «Родине» может иметь успех лишь в случае появления у нее кремлевских спонсоров. Куда реальнее трения и конфликты между «пажами» и родинцами в ходе предстоящих выборов (кандидатские списки в основном уже составлены, кампании исходно спланированы), а затем при формировании единых региональных организаций.