Стефани теперь было нечего терять. Она решила продолжать блефовать — в конце концов, ее догадка может оказаться правдой.

— Разве это ложь, Мартин? Попробуй позвонить и проверить.

Лицо Мартина было словно высечено из гранита. Он не двигался и не говорил. Слегка пожав плечами, Стефани вышла из офиса.

Мартин нерешительно взглянул на телефон. Письмо, которое он только что получил, на время вытеснило из головы все мысли о жене. Получив заверения Пэт, что Вики вернулась домой, он думал, что дело не такое уж срочное. Но теперь он не мог больше выносить неизвестности. Мартин схватил трубку.

— Лестер? — быстро произнес он, стараясь говорить спокойно. — Я хочу сказать кое-что жене. Она дома? Не беспокой ее, если она спит.

— Спит, сэр? — В голосе Лестера звучало удивление. — Мадам уехала в гости, вы сказали.

Его пальцы забарабанили по столу.

— Да, да, я знаю. Но так получилось, что она изменила свое решение и осталась ночевать с миссис Фэрроу, просидев всю ночь у постели ее больного мужа. После этого она отправилась домой спать.

Последовала небольшая пауза.

— Сэр, — осторожно сказал Лестер, — дверь в спальню мадам широко распахнута. Горничная там убиралась несколько минут назад. Я уверяю вас, что мадам нет в квартире.

— Понятно. Значит, она изменила свои планы. Не беспокойся, она свяжется со мной попозже.

Так, значит, Вики ушла. Он ни в коей мере не винил ее. «Кеннеди» будет уничтожен, если не нарушит своего абсолютного суверенитета. Стефани умчалась с почти неприличной поспешностью. Ричард Фэрроу лежит на смертном одре.

Но как Стефани узнала, что Вики бросила его? Он был так уверен в лживости ее слов, что даже не спросил, откуда она это знает. Мартин с трудом пытался нащупать истину. Две женщины где-то встретились, они поссорились, и Стефани наговорила Вики непростительные вещи. Вики — его губы сложились в странно нежную улыбку — тоже не была ангелом. О нее нельзя вытереть ноги — хотя он и пытался это сделать. Неудивительно, что она собрала вещи и ушла.

Но где она теперь? Беспокойство терзало его. Может, сейчас она на Лабурнум-авеню у Эдит? Она не сможет долго держать в неведении сестру или Эдит по поводу своего местопребывания. Если бы только кто-нибудь из них мог заверить его, что она в безопасности! Он не хотел давить на ее свободу, но… но если с ней что-нибудь случится?

Голова снова начала болеть. Он должен позвонить доктору и снова попросить те таблетки.

Мартин почти не мог думать. Когда мисс Пич вернулась с ленча, он сказал:

— Мне нужно, чтобы вы кое-что сделали для меня, мисс Пич. Упакуйте коробку с деликатесами и цветами и сами отвезите мистеру Фэрроу. Можете воспользоваться моей машиной, Эткинс знает, где они живут. И кстати, мисс Пич, если вы там увидите мою жену, спросите ее, когда мне лучше заехать за ней.

— Хорошо, мистер Кеннеди. Как жаль бедного мистера Фэрроу.

— Да, но мы должны сделать все от нас зависящее, чтобы помочь ему. Каждое утро первым делом отправляйте к нему Эткинса со свежими фруктами, яйцами и так далее. Не важно, если вы пошлете слишком много. Миссис Фэрроу съест все, что останется, ей это тоже пойдет на пользу.

— Да, мистер Кеннеди. Вам не нужна машина, чтобы поехать на совещание в банк?

— Нет. Я пройдусь пешком.

Мисс Пич сообщила менеджеру продуктового отдела, что старина Дракон выглядит как живой мертвец, и, если она встретит миссис Кеннеди у Фэрроу, она скажет ей то же самое. Следующим сляжет мистер Кеннеди, а это совсем не дело.

Вест организовал встречу Мартина с банковскими директорами, и он очень рассчитывал на эту встречу. Если он поговорит с этими людьми, то наверняка сможет их убедить. Только бы в его голове немного прояснилось! Он пытался сосредоточиться на работе, но вместо этого перед ним вставало лицо Вики. Мартин уверял себя, что у него нет никаких оснований для паники. Рано или поздно она появится у Фэрроу, может быть, она уже там. Ему приходилось делать над собой усилие, чтобы тотчас же не помчаться туда.

В течение тех нескольких месяцев, что прошли со дня их свадьбы, он воспринимал Вики как некую незначительную часть своего существования. А теперь она вдруг ушла от него, и Мартин удивлялся тому, как безмерно и отчаянно ему ее недостает. Ему хотелось громко рыдать, так страстно ему хотелось ее вернуть. Он жаждал склониться перед ней, положить голову ей на колени и открыть ей свое сердце. Не дойдя какую-то сотню ярдов до входа в банк, он развернулся и быстро зашагал назад, понимая, что, так как мисс Пич уже забрала его машину, ему придется сесть на автобус, чтобы через полчаса оказаться на Лабурнум-авеню. Но через несколько минут Мартин упрекнул себя в слабости и вновь направился к банку. Он не должен давить на Вики. Если она хочет освободиться от него, он должен держаться в стороне.