Когда часа через три, вернулся Круглов, я еще раз убедился. Майор Истомин, настоящий человек! Не с большой, а с огромной буквы. Оказалось, два, из тех трех часов, что я ждал их в квартире девочек, майор усиленно решал проблему. И как решил! Девчат записали на мой продаттестат, они будут по нему получать продовольствие. А жить, он предложил перевести их к нему домой! Я только спросил.

– Товарищ Майор, а ваша супруга не будет против? Ведь такое тяжелое

положение сейчас!

– А с чего бы ей против быть. Место есть, продукты получать будет на них, не вижу причин.

– Если так, то ваша жена - Золото!

– Она такая и есть!
– Кивнул Истомин.

– Какие у нас планы?
– Спросил я.

– Сейчас мы решим эту задачку, а затем, - майор выдохнул, - займемся службой. Тем более, что ты у нас вернулся! Кстати, как рука?

– Да заживет, как на собаке. Болит, конечно, но если в рейд не пойдем, то потяну.

– Работы, и здесь хватает, хотя мы с твоими ребятами, уже тут поработали, но есть еще работка.

– Все понял, жду приказа.

– А чего тут приказывать?
– удивился майор.
– Во дворе машина. Грузим твоих девчонок, и едем ко мне. Ведь я с женой виделся всего десять минут, за все время, что мы в городе. Говори дочкам, чтобы собирали все, что хотят с собой забрать.

Собрались довольно быстро. Что там собирать-то было. Пара кукол, пара тряпок. Но к Истомину приехали уже с темнело. Отправив парней в казарму, майор предложил мне ночевать у него. Девочек разместили. Жена майора, была не то что не против, а поддержала нашу идею двумя руками. Она была учительницей, и детей любила очень сильно. Короче я был спокоен, за девчонок. Пока тут поживут. А там, если жив буду, удочерю. Если разрешат, конечно.

Жил Истомин, на улице Якубовича. Недалеко от Адмиралтейства. Хороший район. Рядом набережная Мойки. Правда и здесь хватало разрушений. Но все-таки, здесь я думаю, будет побезопасней. Да, теперь у меня появлялся стимул. За пару дней, я здорово привязался к детям. Младшая вообще от меня не отходила. Плакать перестала. Она еще мала, конечно, чтобы все понимать, но вопросы задает такие, что ставит в тупик. Танюшка была и вправду взрослая. Разговор с ней был тяжел, но все прошло нормально.

– Дядя Сережа, вы нам теперь папой будете?

Я завис. Вот это вопрос!

– А вы не хотите?
– Только и смог спросить я.

– Почему не хотим? Хотим, даже очень. Вы добрый! А мама у нас умерла?

Я аж дышать перестал. Как же сказать-то. У детей такая психика. Скажешь не так, и все! Травмировать не долго, а вот деликатно объяснить! Но Таня сама, все за меня сделала.

– Я знаю, что она умерла. Она говорила, что болеет. Еще месяц назад, сказала, что боится не вернуться с работы, т.к. не знает, как мы без нее жить будем.

– Танюша! Вы мне очень в душу запали. Я бы хотел, стать вашим папой. Но вы же знаете, что я вам не родной, вам ведь тяжело будет.

– Дядя Сережа, вы хороший, и добрый. Я, конечно, буду помнить маму, но вот папу, мы его почти не видели. Аня, так и маму- то не помнит. Она все время работала. Дома только ночью была. Вы не переживайте, только не бросайте нас, пожалуйста.

– Да что ты, девочка моя. Как же я вас брошу-то? Вы теперь моя семья!

– Вы ведь не погибнете?
– Девочка смотрела на меня своими большими, серыми глазами, и в ее взгляде виделась такая печаль.

Пришлось девочкам хлебнуть. Жалко их, не знаю как. А от взгляда на жизнь шестилетнего ребенка, я был в глубоком ауте. Иногда казалось, что она гораздо старше.

На службу меня пока не звали. Рука не давала покоя. После процедуры с переездом, да еще видимо застудил немного, болеть стала сильнее. Я сидел с девочками, иногда с тремя сразу, т.к. жена Истомина, работала. Я делал небольшие дела по дому, старшие дочки, решил уж так звать, активно помогали. Истомин с утра, до поздней ночи, пропадал где-то в городе, диверсантов ловил, наверное. Нет, сам конечно старался не высовываться особенно, но и без него не обходилось.

Бомбардировки города усиливались. Гитлер, решил не завоевать город, а просто сжечь его. Пожаров было много. Немцы долбили по городу, день за днем. Наши конечно пытались отвечать, но силы были явно не равны. Летуны делали по шесть, а то и больше вылетов в день. Кому везло. В районе Кировского завода, немцы чуть отошли, но усилили обстрел завода. Красная армия, постоянно контратаковала, пытаясь оттолкнуть немцев, как можно дальше.

Начала работу "Дорога Жизни". В город везли продовольствие, а обратно, на большую землю, вывозили людей. Это было каплей в море, но хотя бы так. Читал в свое время, что в принципе, дорога по Ладоге, позволила не дать городу умереть. Но фрицы бесились. Бомбили постоянно.