— Похоже, кому-то срочно надо увидеть вас.

— Да... Я думаю, что это так. Это все?

— Конечно. Теперь вы можете идти.

Когда она прошла через стеклянные двери в главный зал, Джонни там не было. Вообще не было ничего знакомого, за исключением того, что знакомо в любом аэропорту. Кучка людей, прилетевших вместе с ней, направилась к автобусу авиакомпании, другие стояли и озирались, как она. Мора повернулась и подошла к справочному бюро.

— Могу я узнать...

— Ваше имя, пожалуйста.

Она назвала себя. Девушка кивнула в сторону ряда ожидающих:

— Вас ждет джентльмен.

Когда она назвала свое имя, мужчина опустил газету, затем он встал и снял шляпу:

— Я Марк Бродни. Меня прислал Джонни.

— Где же Джонни? — спросила она. — Он телеграфировал, что будет в Нью-Йорке и встретит меня.

— Конечно, я знаю, — Встречавший ее мужчина был среднего роста, плотного сложения. У него были прямые черные волосы и очки в роговой оправе. Тон его был странно нарочитым, словно в конце каждой фразы он выжидал, желая знать, как ее воспримут.

— Послушайте, — сказал Бродни. — Не хотите ли выпить кофе или вы предпочитаете сразу отправиться в город?

— Я предпочла бы двигаться.

— Конечно. — Он коснулся ее руки. — В таком случае необходимо забрать ваш багаж.

Они молча подождали, пока не прибыл багаж. Бродни взял ее чемоданы и повел Мору к машине.

Включив двигатель, он искоса бросил на нее изучающий взгляд:

— Выспались?

— Не очень. Полагаю была возбуждена, чтобы уснуть.

— Ага. Это уж наверняка.

Они ехали по улицам, на которые Мора не смотрела.

— Где Джонни? — спросила она.

— Ах, да... Джонни. Он не смог приехать, поэтому попросил меня. Он сказал, что вы, вероятно, помните меня по его рассказам.

— Разумеется, я помню. Почему он не приехал?

— Очень болен его отец. Фактически он умирает. Джонни в Питсбурге.

— Когда он уехал?

— Два дня назад. Он не стал телеграфировать вам, потому что я сказал, что буду здесь и встречу вас.

— Что с его отцом?

— Полагаю, что-то вроде удара. Врачи говорят, что он не протянет больше двух дней.

— Лучше бы мне, приехать в другое время.

— Почему же? — спросил он.

Она не знала, что ему сказать. Мора чувствовала себя неловко и тревожно. Казалось, ее спутник либо не может, либо не хочет поддерживать разговор. Однако она видела, что Бродни запоминает каждое ее слово и обдумывает его. Джонни был лишь наполовину прав в своем описании Марка. Этот человек, сидящий рядом с ней, мог бы двигать события в том темпе, который ему подходит. А сам будет сидеть и позволять жизни медленно катиться, чтобы воспринимать связанные с Морой факты без пристрастия и воодушевления, пока не поймет, что она за человек.

На широком подъеме к мосту он вдруг заговорил:

— Если бы в моем распоряжении было хоть несколько минут до того, как на нас налетит полицейский, я бы остановился посередине и дал вам взглянуть. Вот это Ист-ривер и Квинсборо-бридж, а это — Манхеттен. Я думаю, зрелище стоит того, чтобы поссориться с полицейским.

— Джонни говорил мне, что вы родились в Нью-Йорке, — сказала она.

— Конечно... Но не обязательно родиться здесь, чтобы быть нью-йоркцем. Это просто чувство, которое захватывает вас, и вы уже никогда не расстаетесь с ним. Всякий раз, как я возвращаюсь сюда, когда такси везет меня на Ла-Гардиа, я заставляю его остановиться на шоссе под мостом, выхожу и бросаю в реку монетку. Я называю это моей денежной данью. Все думают, что я сумасшедший.

Они оставили реку позади, и эстакада от моста замелькала прямо на уровне крыш домов.

— Вам известен адрес, куда я направляюсь? — спросила она.

— О, да... Это люди, которым написал ваш отец. Ну, у вас есть выбор, ехать ли туда. Я полагаю, вы знаете, что они в отъезде?

— Да, но они телеграфировали, что их квартира открыта и я могу воспользоваться ею.

— Это ваше дело, конечно. Но если вам желательно проживать в десятикомнатном морге на Парк-авеню, то, разумеется, милости просим. Может быть, вас позабавит возможность подкидывать монетку, чтобы решить, какой из четырех ванных комнат следует воспользоваться.

— Откуда вы знаете?

— А я там вчера побывал. Просто захотел посмотреть, куда это они вас запускают. Женщина, занимавшаяся уборкой, поставлена в известность, что там будет жить дочь английского королевского адвоката. Она освободила место на каминной полке для портретов королевской семьи. Вы думаете, что хотели бы туда поехать?

— А куда я могу еще ехать?

— У меня есть квартира к западу от парка, где имеется лишняя комната. Можете воспользоваться ею, если желаете.

— Я никого не стесню?