Тип I, в котором ведущей страстью является гнев, характеризуется неочевидной агрессией, а совершенствованием, где гнев выражается интеллектуально через критицизм к себе и другим. Он типичен для личности «правильного» человека, «борца за правое дело», пуританина, который контролирует себя и других посредством моральной правильности. Характер совершенства соответствует «принудительному» в ДСМ III [72] и в настоящей книге иллюстрирован сеансом с Джеральдом, в котором он выставляет себя внешне «хорошим парнем», интеллектуально иссушенным, и в котором эмоциональная отработка приводит его к фантазии отражения ударов и желания совершить «сногсшибательное». В отличие от многих руководителей групп, я редко предлагаю физическое столкновение во время сеанса, считаю, что полезность его здесь (как средство научить пациента меньше бояться причинить ущерб и избавиться от сверхконтроля за агрессией) заключается и в мотивации (порожденной в ситуации из самовосприятия), и в соответствии структуре характера.

Тип II - гордый тип. Нужно также отличать гордость II типа от самонадеянности VIII типа, от тщеславия III типа и гордости других личностных типов. Специфичность ситуации здесь в раздувании собственного имиджа, в более чем очевидном хвастовстве или в ориентации на подвиг.

Такое самовосприятие, т.е. ощущение собственной особенности, поддерживается частично через воображение, частично посредством оценки людей, которые и соблазняются, и признаются за авторитет. Люди II Типа - это те, кто предается удовольствиям в том, учто Идрис Шах назвал ВКО, Взаимокомфортной Операцией. Для данного типа личности характерна адаптация позиции псевдоизбытка из-за избегания унижения признания необходимости. Из-за этого нужда выражается манипуляционным путем и становится также источником импульсивности. Это то, что сегодня называется «театральным» характером, предоми-нантно-эмоциональным типом.

Тип III в углу внутреннего треугольника в энеаграмме подразумевает идентификацию со своим образом, а не с приложением и соответствием с достигаемым характером, поскольку здесь идеализируемая сущность нуждается в выставлении, а не в утверждении личностных обвинений в виде гордости. Поскольку утверждение выполняется через подгонку объективных (обычно количественных) стандартов, форма становится заменой бытия. Относящийся сюда синдром описан Фроммом под рубрикой «рыночная ориентация», столь известной в Американской культуре.

Тип IV, следующий в круге за тщеславием, соответствует страсти зависти, и можно сказать, что зависть - это расстроенное тщеславие: комбинация тщеславия с хронической жаждой, чувство желания, делающее зависть наиболее страстной из страстей. Оно наиболее присуще женщинам и соответствует тому, что Фритц называл «трагедийной королевой» человеку, исполненному требований и жалоб, стремящемуся противиться терапевтическому процессу, соревнуясь с терапевтом (Я много раз слышал, как Фритц обращался к подобным людям: «Скольких терапевтов вы уже одолели?»).

Тип V соответствует алчности, находясь в числе «смертных грехов». Он более сдержан, чем страсть накопления сокровищ. Подобно зависти, в алчности ощущается пустота и истощение. Вместо проявления в виде «мокрой депрессии» типа зависти (находящейся в истеричном регионе эне-аграммы), ощущение потери здесь является частью шизоидной «сухой депрессии», проявляющейся апатией и отсутствием живости. Не только «шизоиды» Кретчмера и Фанрберна совпадают с типом V, они совпадают с личностными возмущениями, обсуждаемыми Когутом и Кернбергом(но не ДСМ-Ш) под ярлыком «нарциссизма», который характеризуется небольшими приступами чувств и холодной отчужденностью.

В Типе VI доминирующей страстью является страх: человек теряет уверенность в себе. Страх сделать что-нибудь неправильно или совершить неправильный выбор, являющийся частью навязчивого сомнения, делает человека зависимым от поддержки и руководства авторитетным лицом или идеологией. Случай с Ричардом и с Леном иллюстрирует два субтипа страха. Ричард, по преимуществу контр-фобийный, является на языке протоанализа социальным трусом (который послушно будет рисковать на войне и побоится повстречаться со своим отцом). Лен, по преимуществу заискивающий, ищущий расположения, иллюстрирует тип самосохранения VI: слабость, мягкость, необходимость в защите.

В типе VII доминирующей страстью является чревоугодие - не обязательно в смысле еды (как алчность не обязательна в смысле наживы) - это чревоугодие в любви, оценке, одобрении и, говоря вообще, во всем, что только может быть. Характерологический синдром здесь: неагрессивный, мягкий, нежный, старающийся быть полезным и вместе с тем внутренне боязливый и алчный. За исключением Абрахама и некоторых других, к описанию этого типа оптимистического «орально-рецептивного» характера в психологической литературе обращаются нечасто.

Тип VIII, где доминирует вожделение, которое не является только желанием сексуального удовлетворения, а вожделением к интенсивным ощущениям любой формы. Тип соответствует фаллически-нарцистическому характеру по Райху и может также называться «мстительным» (по предложению Карен Хорни), или садистским. Он характеризуется отрицанием страха и подавлением мягких или сочувствующих чувств в борьбе за силу и доминирование. Фритц, задира и хулиган, который (я слышал, как он сам это говорил) «отфритцал» своей непосредственностью всех вокруг, олицетворяет характер VIII типа, и я уже говорил [73], насколько практика Гештальт-терапии своей конфронтативностью характеров и склонностью к возбуждению несет на себе отпечаток личности.