Да уж, и меня все больше тревожили возможные последствия встречи людей и эйльфлёр. То, что они могли бы стать идеальными союзниками, еще предстояло доказывать обеим сторонам.

К деревне мы вышли раньше других. Что было, безусловно, на руку, позволяло хотя бы оглядеться на местности, если придется потом торопливо уходить… да и мало ли что. Негустой лес с красивым светлым перелеском притягивал наивной зеленью, эльфы без колебаний остановились в нем, приглядываясь к деревне издали. Не просто заметить эльфа, который не хочет быть замеченным, потому можно было не опасаться, что присутствие наше раньше времени поднимет панику.

Не успели мы настелить плащи и завалиться отдыхать, как к нашему лагерю вышли сразу четыре Охотника, и среди них, к моей неописуемой радости, Рэм. Они все были передовыми разведчиками, от северян-хоссов, южан, и поселенцев с Восточного побережья. Итак, откликнулись многие. Как еще удастся договориться, неизвестно, но хоть от самих переговоров не отказывались.

Ронс, долго вполголоса беседовавший с проводником северян, ушел. К гроту гномы его завернули с другого дела, которое было не столь срочным. Но теперь, когда инцидент исчерпан, он торопился дальше.

— Завтра подойдут. — На расспросы Эллорна отвечал Рэм, приглядываясь к нам внимательнее, чем позволяли приличия. Я свела брови, показывая за спиной принца ему кулак. Рэм прищурился еще насмешливее.

Тогда просто отвернулась, и заснула спокойно, как давно не спала. Утром заметила, что накануне даже забыла отстегнуть ремни с оружием. Привычка, чтоб ей пусто было… Превращаюсь в натурального лесного разбойника.

Утро началось с сюрпризов: на дороге раздались высокие голоса, дежурившая эльфийка, радостно подскочив, громко ответила. Всхрапнули кони, глухо простучали по траве копыта, и вот вокруг нас уже не менее двух сотен эльфов, усталых, пропыленных, на взмыленных лошадях. Откуда-то вынырнул Ронс, победно поусмехался, и ушел, теперь уже точно по своим делам.

Итак, перекрывая даже легенды о собственной быстроте, эльфы успели. Они очень устали, едва не загнали лошадей, но они успели, они знали, с каким нетерпением Эллорн ждет их. Я без споров бросилась расседлывать коней, чего очень не любила делать из-за своего роста. Снимала прикрученные к седлам сумки, потом, когда лошадей благополучно свели в низинку к речке Затонке, изо всех сил помогала готовить обильный завтрак. Таскала воду, чистила набитую птицу. Ренди с эльфийками, расстаравшиеся добычей, тоже участвовали во всеобщей суматохе. Эллорн, у разведенного большого костра нанизывающий на оструганные палочки кусочки мяса вперемешку с клубнями какого-то еще неизвестного мне овоща, озабоченно поглядывал на деревню. Когда завтрак-обед на всех был готов, он тщательно вымыл руки, постоял, глядя на спящих прямо за едой эльфов, сказал мягко:

— Я спускаюсь в деревню. Кто может, идите со мной, но всех не зову, лучше отдыхайте. Не количество будет решать. Старшие, кто идет?..

Девятнадцать, сосчитала. Пять эльфиек. Все, сколько есть. Ренди, покосившись на собирающегося Рэма, остался сидеть. Итак, всего двадцать два вместе со мной.

— И вот еще что, — Напоследок сказал эльф, подтягивая ремень под мечом, продолжил на эльфийском: «если мы не вернемся, не мстить. Запрещаю полностью любые счеты, уходите в Запретный Лес. Охотники сами принесут наши памятки». Интересно, от кого ты пытался таиться?.. Не от меня же, я-то еще в Зачаровне немного понимать вас научилась. Впрочем, возможно и от меня, ведь ты, Эллорн, как раз можешь и забыть о том.

Проходя деревней, отметила, как захлопывались ставни, мигом исчезали со дворов женщины и дети. Настороженные мужики, напротив, выходили к воротам, как бы между делом, в руках — у кого топор, у кого вилы. Эльфы невозмутимо прошли вслед за Рэмом к постоялому двору, расположились у самой дальней стены на низких лавках. Пересмеиваясь, шутили с молоденькой девчушкой и солидным усатым хозяином, разносившими жбаны с медом. Рэм ушел в угол, задымил своей трубкой, как ни в чем не бывало. Эллорн прислонился к стене у крошечного оконца, уперся взглядом в дверь. Ручалась бы, что он прислушивается к улице.

Около полудня говор снаружи стал настолько явным, что даже я поняла — подошли люди. Эльфы словно и не слышали ничего, пока не распахнулась дверь, впуская вооруженных мужчин, настороженных, явно предупрежденных о нашем присутствии. Разглядев командира, обрадовалась и испугалась одновременно: впереди стоял умница Баграт, рассудительный Баграт, ненавидевший эльфов в силу привычки, а значит - искренне.

Десятник насупился, расставил ноги потверже. Никто из эльфов не схватился за оружие, но я почувствовала, как в мгновение из веселых, умнейших друзей они вдруг превратились в хладнокровных безжалостных убийц.

— Эллорн, позволь представить тебе человека Баграта. Он мой друг. — Замирая от ожидания чего-то ужасного, я встала между ними — ненадежная преграда, если вспомнить, что родом Баграт из Восточных Поселений, а Эллорн представитель Королевского Дома. — Баграт, позволь представить тебе принца Эллорна. Он мой друг.

Рэм в углу выразительно приподнял брови.

— Друг моего друга - мне не враг. — Эйльфлёр протянул руку, и я дышать перестала, опасаясь продолжения.

— И я не враг эльфам. — Нехотя выговорил Баграт, стаскивая металлическую перчатку, не очень ласково косясь на меня. Я выдержала его взгляд, глаз не опустив, и, с видимым усилием, он закончил: — Добро пожаловать, Эллорн.