Стихи
вернуться

Боков Виктор Федорович
Шрифт:

1961

Лён, лён, лён

Сегодня мне невесело, Сегодня я грущу, Как будто что потеряно, — Как будто что ищу. Куда меня знакомая Дороженька ведёт? На полюшко широкое, Туда, где лён цветёт,  Лён, лён, лён,  Кругом цветущий лён.  А тот, который нравится,  Не в меня влюблён. Не я ль весною сеяла Сибирский мой ленок? Его посеять вовремя Не ты ли мне помог? Но почему не хочешь ты Мне, как тогда, помочь? От чувства безответного Страдаю день и ночь! Остановлюсь я на поле, Присяду, лён примну И спрячу очень грустные Глаза свои во льну. Слезу заметив горькую, Мне мой ленок простит И, может быть, по-девичьи Со мною загрустит.  Лён, лён, лён,  Кругом цветущий лён.  А тот, который нравится,  Не в меня влюблён.

1960

" Как пряно пахнет полдень у кювета. "

Как пряно пахнет полдень у кювета. В луга меня дорога увела. Какое замечательное лето! Какая щедрость красок и тепла! За молодым сосновым перелеском Кузнечиков сплошные веера Взрываются с сухим и звонким треском, Когда нога вступает в клевера. Я называю травы поимённо: Вот мятлик, вот лисичка, вот пырей. Не потому ли все они влюблённо Меня зовут: — Иди, иди скорей! Тут для тебя горошек лиловатый, Как кружевница, вяжет кружева. Иду счастливый и невиноватый, А счастье в том, что мать ещё жива! Исток мой главный и родник звенящий, Я чище и целебней не найду! И если, как поэт, я настоящий, То только потому, что мать люблю! Она мне родина! Ручьи и водопады! Она мне радость и печаль полей. И все свои заслуги и награды Я не себе присваиваю — ей!

1960

" Манит меня самое малое — "

Манит меня самое малое — Не моря, не большой перелёт, — Лес, малина, брусника алая, И деревня, где мама живёт. Там, как женщина незамужняя, Разнаряжена наша изба, Под князьком деревянное кружево, Удивительная резьба. Там антенны и телевизоры, Мотоциклы и даже авто. Ходят улицей две дивизии, И одна из них в женских пальто! Там дымки завиваются в кольчики, Блещут косы в мужских руках, Там завязаны белые кончики На бывалых, старинных платках. Там над сельскими сеновалами Месяц круто подкову гнёт. Там за шумными самоварами, Не смолкая, беседа идёт. Про картошку да про покосы, Про телят, про утят и цыплят. А какие там светлые косы У моих деревенских девчат! Что мне мешкать? Сейчас же уеду! Жить естественней, проще начну. Я наказывал: буду в среду, Что мне ждать, я во вторник махну!

1960

Красота

Красота страшней кинжала, Злее жулика в кустах. У неё такое жало, Что укус змеи — пустяк! У неё глаза, как бритвы, Как ножи, как лемеха. Что бессилие молитвы Перед вызовом греха?! Берегитесь, братцы, беса, Арендующего ад! Безопасней возле ГЭСа С миллионом киловатт! Тут смертельно, но не очень, Ток запрятан в провода, Красота же — ловкий ловчий, Души ловит в невода. Сортирует, солит, вялит, Прячет в бочках и в торфу И таких гигантов валит, Что и Пётр Великий — тьфу!

1960

Едет ветер

Едет ветер на бешеной тройке, Кони ржут и поводья рвут. Он бы мог и быстрее, но стройки, Трубы фабрик ему не дают. Даже степью не разбежишься, Ни иртышскою, ни донской, То амбары, то общежитья, То пшеница кричат ему: — Стой! То заборы мешают, то доски, То промышленные штабеля. Вдруг он врезался где-то в Подольске В белый-белый косяк белья. Натянулись до звона верёвки, Чьё-то платье слетело к ногам. Закричали сороки-воровки: — Что ты делаешь, хулиган? Ветер на землю спрыгнул, опешил, Оробел, взял коней под уздцы: — Кто бельё это, граждане, вешал? Выходите ругаться, жильцы! В ожидании поединка Ветер встал, головою поник. Удивительная блондинка Во дворе перед ним стоит. — Озорство тебе я прощаю! — И сияет от доброты. — Что попадало, перестираю, А сушить, извини, будешь ты! — С удовольствием, ненагляда! — Отвечает ей ветер в упор. И ресницы вдруг стали преградой Выше самых высоких гор. Перед взглядом её окаянным, Перед вьющейся силой кудрей Ветер сделался постоянным И сказал: — Распрягаю коней!

1960

" У поэта сердце льва. "

М. Львову

У поэта сердце льва. Он не терпит осмеянья. Он не трус. Его слова — Это храбрые деянья. Он не с заячьей душой, Не пугается пустяшно. Там, где буря, там, где бой, Как бойцу, ему не страшно. Сильным мира он не льстит Своего житьишка ради, Без оглядки кровно мстит Он любой людской неправде. Вот он! Сердцем чист и смел, Встал под пушкинскою шляпой, Ливень мелко-вражьих стрел Отбивает львиной лапой.

1959

" Заросли. Заросли. Хмель и крапива. "

Заросли. Заросли. Хмель и крапива. В омуте сонно стоят облака. Иволга пела — и вдруг прекратила, Рыба клевала — и вдруг ни клевка. О, это туча! Лиловый передник Тёмной каймой отливает вдали, Зашелестел приумолкший березник, Тёплые капли танцуют в пыли. Падают полчищем стрелы косые В гати, в горелые пни и хвою. Это земля моя, это Россия, Я нараспашку у речки стою. Скольким дождям подставлялись ладони В поле, в седле, на плотах, в камыше! Слушал я их то в горах, то в вагоне, В пахнущем дынями шалаше. Ласково струи на плечи стекают, Слиплись и спутались пряди волос. Дождь не утих, а уже припекает, Солнышко сушит листву у берёз. Снова стрекозы парят над водою, Полдень желаньем и зноем налит. И над ушедшей лиловой грядою Непререкаемо солнце горит!

1959

" В глазах твоих весенняя грустинка "

В глазах твоих весенняя грустинка Поблекшей медуницей зацвела. Всё потому, что узкая тропинка Тебя в сосновый бор не увела. Мне больно видеть — взгляд твой сходен с дымом, Не отражаться в нём речной заре. Всё потому, что ты в своём любимом Себя хоронишь, как в монастыре. Шагни на взгорье, к той сосне горбатой, Которая влюблённо смотрит в дол, И вдруг ты станешь сильной и богатой И заключишь в объятья медный ствол! И ты заметишь солнце над рекою, Как золото на отмелях излук, И ощутишь горячею щекою, Что есть тепло теплей любимых рук. И ты иначе милого обнимешь, Иначе припадёшь к его устам. И, может быть, любовь свою поднимешь К вершинам сосен, к лёгким облакам!