Представив себе такую картину, Рагнар содрогнулся. Что, если однажды такие заполонят весь мир?

Однако характерного чесночного запаха на сей раз не оказалось.

— Кто? — раздалось из окошка.

Где-то нечто подобное уже происходило. Подумав, Рагнар решил свести беседу к минимуму.

— К Тисве-оружейнику.

Лязгнув, дверь отворилась. Рагнар и ликантропы вошли внутрь.

В глаза бросился огромный, просто невероятных размеров стол, заваленный самым разнообразным оружием. За ним восседал грузный мужчина с обвисшими щеками. Настоящий бульдог, столь же ленивый и, несмотря на кажущуюся неповоротливость, опасный. Двое, стоявшие по другую сторону стола, копались в груде заточенного металла и что-то тому доказывали. Толстяка, похоже, их доводы мало заботили. Время от времени поглядывая на «собеседников», большую часть своего внимания он уделял собственным пальцам, педикюру и толстым золотым перстням на них.

Все трое оглянулись и молча уставились на вошедшего. Верфольфы, тонко почувствовав момент, распахнули алые пасти и представили себе по лимону.

Рагнар прошел между застывшими спорщиками и уселся в единственное кресло по эту сторону стола. Бульдог бережно сложил руки на животе и, прищурив маленькие глазки, поглядел на незнакомца. Рагнар подумывал о том, что неплохо бы еще закинуть на столешницу ноги в грязных сапогах… Но, очевидно, хозяин не оценит такого жеста. Да и столешница высоковата.

Неудобно.

Ликантропы подошли и уселись по обе стороны кресла. Спорщиков как ветром сдуло.

— Господин Тисва? — вежливо осведомился Рагнар.

Толстяк степенно кивнул, отчего все три его подбородка беспорядочно заколыхались.

— Он самый.

— Я от Тортира. — Таким именем Хед просил назваться оружейнику.

— Вы как раз вовремя, — толстяк заметно подобрел, — ваш заказ готов и ждет погрузки. Желаете оценить работу?

— Конечно.

Рагнар понятия не имел, о чем идет речь, но послушно последовал за Тисвой к двери в углу помещения. Судя по звукам, доносившимся из-за толстого дерева, там находилась кузня. Предприятие Тисвы оказалось обычной лавкой ремесленника, с некоторым разочарованием подумал Рагнар. Все, что изготовляли в кузне, выставлялось на продажу в соседней комнате, приспособленной под магазин. Вот только лицензии у Тисвы, изготовлявшего практически любые виды оружия, на данную деятельность не было. Выполнить же в легальных кузницах заказ Хеда, очевидно, было невозможно, не привлекая внимания закона. Да и оружие, проданное Тисвой, славилось своим качеством. Двое спорщиков просто пытались сбросить оправданно высокую цену.

Тисва распахнул дверь и протиснулся в проем. Внутри было жарко, пахло мужским потом, раскаленным металлом и горелым деревом. Пятеро кузнецов и вдвое больше подмастерьев трудились у наковален, проигнорировав появление как хозяина, так и посетителя.

Тисва подошел к стене, наклонился и взял в руки копье несколько необычного вида. Широкий листообразный наконечник занимал едва ли не треть всей длины. Повертев в руках копье, толстяк передал его Рагнару. Тот тоже повертел и поставил обратно. Хед знал, к кому обращаться. Так что заявлять какие-либо претензии не входило в обязанности Рагнара.

Тисва двинулся дальше, мимо ряда одинаковых копий, и вот они уже разглядывают длинные мечи, клинки которых формой походили на наконечники копий. На рукоятях могли разместиться целых три руки одновременно, так что это были скорее трехручники.

И последний номер программы — громоздкие арбалеты, снабженные гипертрофированными воротами для натягивания тетивы.

Всего по двадцать.

Число было выбрано отнюдь не случайно. Вернее, на тот пожарный случай, чтобы у Тисвы не возникло ненужных инсинуаций. Вряд ли на подобные мысли толстяка могли навести огромные псы, чем-то напоминающие волков, и все же… Они рисковали. Простое объяснение беззакониям, творимым как Чертовой дюжиной (днем), так и Повелителем волков (ночью), могло найти свое воплощение в мыслях простого нелегала сторхейльмского рынка оружия.

— Годится, — вынес свой вердикт Рагнар, так и не высказав ни единой претензии.

Впрочем, произнес он это с такой интонацией и миной, что Тисве, должно быть, послышалось «И так сойдет».

Так оно и было. Даже на взгляд такого непрофессионала, как Рагнар, оружие было изготовлено великолепно. Конечно же, сойдет. Блики, отбрасываемые огнем пылающих горнов, играли на тусклых металлических поверхностях. Перед глазами Рагнара вставали суровые картины: простые железки, должным образом заточенные и доведенные до максимальной практичности вековыми процессами усовершенствования форм и размеров, все для удобства в умелых руках. Привыкших убивать. За всем этим стоит одно лишь убийство. А Тисва, выходит, — торговец смертью.

Рагнар вздрогнул и отвел глаза. За все время своего пребывания в стае оружие использовалось ими лишь с целью защиты собственных шкур. Но важно ли это — с какой именно целью? От этого они не перестают быть убийцами, а Тисва — их общим подельником.

(В последнее время Рагнару вообще казалось, будто его преследуют призраки убитых.)

Ерунда какая-то Если не они, так их. Да и на бандитов те уроды походили гораздо больше, чем даже ликантропы. Называться они также предпочитали соответственно — «охотники за головами». Награда — то опосля. Вначале нужно ту самую голову притащить законникам…

Говорят, волки — санитары леса. К этому почетному делу он и приложил руку. Похвально? «Похвально», — проскрипел бывший конокрад сквозь зубы.

— Вы что-то сказали? — не понял Тисва.

— Я говорю, похвально. Отличная работа. С этими штуками мы ухлопаем кучу народу.

— А, — ухмыльнулся оружейник, — рады стараться.

— То-то и оно, — вздохнул Рагнар. — Вот вторая половина вашей платы… Включая надбавку за срочность.

Тисва торопливо подставил руки. Рагнар положил на пухлые ладони увесистый мешочек