Нила подъехала ближе.

— Крепись, Доннаси, пожалуйста. Людям сейчас очень нужны герои. И они поздравляют вас с возвращением домой. Помоги нам.

Сжав луку седла, Тейт выпрямилась.

— Не беспокойся. Все будет в порядке. — Она поскакала вперед, спеша догнать остальных.

Им дали спокойно принять ванну и проспать остаток дня, но к полуночи все трое должны были участвовать в праздновании. Никто не говорил с Тейт о ее муже. После полуночи Гэн поехал в город за своими друзьями и вернулся с ними в замок. Пока компания развлекалась, Тейт утащила Гэна из комнаты. Они сидели в темном углу с большими кружками пива в руках, и Тейт рассказывала ему о своих приключениях. Она поведала ему о встрече с Тиниллитом и о его просьбе разрешить племени Малых поселиться на землях Гэна. Тот с готовностью согласился. Тейт хотелось рассказать ему об оружии, спрятанном в ущелье, но она не могла нарушить уговор — у нее были свои идеи по поводу тех гор. Свои идеи.

Какое-то время они молчали. Тейт смотрела на заполненный людьми зал. Пары танцевали под звуки какого-то струнного инструмента, напомнившего ей гитару. Иногда его звуки были гораздо тоньше, иногда, наоборот, глубже. Ритм отбивал мужчина, стоявший в центре круга, образованного барабанами разных размеров. Музыка была приятная и веселая.

Снова взглянув на Гэна, Тейт продолжила:

— Когда началась вторая буря, снег шел несколько недель. Мы жили в берлогах, вырытых прямо в снегу. Поначалу я думала, что сойду с ума, сидя в этой белой пещере, которую все больше и больше заносило снегом. Не оттого, что могла замерзнуть. Нет, там было тепло, но я была совсем одна. Снаружи было холодно, мела метель. И никого вокруг. Поверь мне. Когда мне хотелось пообщаться, я залезала в пещеру к Ланте и Конвею. И еще собаки.

— Вам пришлось тяжело, — ответил Гэн.

Тейт снова посмотрела на танцующих.

— Временами я так завидовала Ланте и Конвею, что мне становилось страшно. Как можно помочь счастливым людям, когда ты сам несчастен?

— Всем приходится время от времени испытывать подобные чувства. Это пройдет. Мы ведь справимся, правда?

Она поднялась, широко улыбнувшись. Не успел Гэн пошевелиться, как Тейт, перегнувшись через маленький стол, поцеловала его в лоб. Присев, она увидела, что Гэн удивленно улыбается.

Она сказала:

— Это за то, что ты сказал «мы». Ты очень мил.

Он свирепо уставился на нее.

— Я Мурдат, воин, повелитель Трех Территорий.

— Ты большой и уже взрослый котище. — Она фыркнула и отвернулась. Он шутливо замурлыкал. Последовало многозначительное молчание.

— Последний вопрос, Гэн, и я останусь здесь на всю ночь. — Она пристально посмотрела ему в глаза. — Ты ведь знаешь, о чем я хочу спросить, не так ли? Скажи правду, почему Налатан ушел? Всю. От начала до конца.

Его пальцы нервно забарабанили по столу. Гэн выпил остатки пива. Кружка тяжело опустилась на стол.

— Я уже говорил тебе, Доннаси. Он сказал, что должен идти, что время не терпит.

— Куда он ходил до того, как ты послал его на разведку к Жрецу Луны?

Гэн посмотрел по сторонам.

— Тише. Ни одна душа об этом не знает. Я не знаю, куда он ходил. Мы уже смирились с тем, что не найдем тебя, потому что он не знал, где тебя искать.

— Не говорил ли он о своих планах?

— Нет, не говорил.

Встряхнув головой, Тейт медленно поднялась.

— Странно. Налатан сказал, что будет ждать меня здесь. Я могу понять, почему он хотел уйти, но почему он не подумал о том, чтобы отправиться на поиски? Не вижу смысла.

Дверь за Тейт успела захлопнуться, прежде чем Гэн ощутил сладость ее поцелуя на губах.

На следующее утро Леклерк и Конвей пригласили Тейт посмотреть новое творение Луиса, и она с радостью согласилась. Они ехали по заснеженной дороге, наслаждаясь красотой дня.

Кейт Бернхард встретила их на крыльце. Тейт радостно помахала ей рукой, испытывая сильное волнение от встречи с еще одним своим другом. Они вошли в дом, и Кейт подала свежий хлеб, большую миску масла и варенье из ежевики. После прогулки по холодному воздуху все с аппетитом пришлись за еду.

Затем Леклерк повел гостей в цех. По дороге женщины немного отстали. Тейт быстро обняла Кейт.

— Мы питались только сухофруктами, сушеными овощами и сушеным мясом. И немного дичи. Теперь совсем другое дело. Я мечтала о горячем хлебе и топленом масле. И даже представить себе не могла варенье. И я заставляла себя вылезать наружу, даже в снежную бурю. Сегодня все было так прекрасно, Кейт. Я люблю тебя.

Лицо Бернхард вспыхнуло румянцем.

— Я рада, что тебе понравилось. Все это ново для меня. Я живу с домохозяйкой Луиса. Она научила меня кое-чему.

Тейт покосилась:

— Живешь с домохозяйкой?

Кейт продолжала, не обращая внимания на ее намек:

— Она и ее муж пригласили меня пожить у них в доме. Ее зовут Ларта и… — Она остановилась, словно наскочив на стену, и обернулась, пригнувшись к шее лошади. — С домохозяйкой и ее мужем. Это не то, что ты подумала.

Теперь Тейт должна была оправдываться.