— Келл, посмотри, я видела там еще плетеный воротник от этой кольчуги.

Паж покопался и нашел то, что просила королева. Он застегнул воротник на ее тонкой шее. Даже стеганый ворот не смог скрыть стройности девушки. Затягивая кожаный ремешок, Келл впервые понял, что его королева — еще совсем девчонка: хрупкая, нежная и абсолютно беззащитная. А сегодня она будет сражаться наравне со всеми: и с закаленными в боях ветеранами, и с теми, кто никогда прежде не воевал, и с совсем молодыми мальчишками. Но они — это ведь совсем другое. Мужчина в любом возрасте должен быть защитой и опорой, он в любой момент должен быть готов взять в руки меч и пойти воевать за родину, за семью, за даму сердца. Но место девушки — на балу, за вышиванием, в прекрасном саду среди благоухающих роз и фиалок, только не на поле боя, где убивают, где льется кровь и здоровые этэны в любой момент могут умереть или стать калеками.

В порыве чувств Келл упал перед королевой на колени:

— Ваше величество, я клянусь вам, что буду биться сегодня до последней капли крови и, если понадобится, умру за вас.

— Лучше останься жив, пожалуйста. — Девушка тонкой нежной ладонью, еще не облаченной в грубую сталь, подняла к себе лицо мальчишки.

«Какие у нее мудрые глаза. Она такая красивая, такая храбрая, такая умная. Я забыл, что она эльф, ведь она выглядит даже младше моей сестры. За такую королеву и умереть не стыдно», — думал паж, с обожанием глядя в ее зеленые глаза.

— Я еще шлем не выбрала, — напомнила девушка. — Пойдем, поможешь мне.

Из всего разнообразия шлемов королева выбрала себе маленький, аккуратненький, по форме напоминающий луковку. Когда паж предложил ей огромного массивного монстра с забралом, напоминающим калитку от сада, она сразу же его отвергла. Даже под угрозой смерти эльфийка никогда бы не надела это чудовище кузнечного производства.

Слуги, наконец, внесли зеркало в этэнский рост, и Эйриэн смогла разглядеть себя в полной красе. Мальчишка завороженно смотрел, как она прихорашивалась, но не забывал о своих обязанностях: подал и застегнул на ней плащ королевских цветов с гербом — серебряная маргаритка на черном небе с зелеными звездами. Теперь королеву мог узнать каждый.

И тут Эйриэн услышала бой барабанов. Он доносился с той стороны, откуда должны были появиться враги.

— Ивэн! — Эльфийка выпрыгнула из палатки как ошпаренная. — Ивэн!

— Что случилось? — Советник выбежал на ее зов из шатра.

— Ты разве не слышишь? Они идут! Прислушайся…

Главнокомандующий внял совету и замолчал, повернув голову в сторону Рощи единорогов. Может, он ничего и не услышал, но ощутил, как содрогается земля под маршем вражеской армии.

— Трубить построение! — громко скомандовал он. Трубачей не пришлось просить дважды. Со всех сторон раздались пронзительные звуки горнов.

Армия засуетилась, словно громадный муравейник, но дисциплина соблюдалась четко: выстроился первый ряд щитников, за ними натягивали луки лучники, строился второй ряд щитников, бежали копейщики, основные силы собирались в отряды, офицеры четко следили за каждым солдатом. Среди всей этой суеты Эйриэн почувствовала себя потерянной, она крутила головой из стороны в сторону и никак не могла отыскать своих.

— Ваше величество, — Томас снова вынырнул из ниоткуда, — следуйте за мной, конница уже построена, не хватает только вас.

Шептун подвел к королеве Арейона, о котором уже успели позаботиться: агиски был накрыт попоной в таком же стиле, как и королевский плащ. Сам маэстро вскочил на темно-коричневого жеребца.

Маневрируя между бегущими на построение солдатами, они подъехали к месту дислокации. Королева, как всегда, оказалась самой последней. Литавий, развернувшись всем корпусом назад, высматривал ее в толпе, а увидев, с облегчением вздохнул. Мерилин подбадривающе подмигнул. Когда королева и маэстро проезжали мимо певца, Томас притормозил коня и обратился к нему и Эйриэн:

— Для меня великая честь сражаться бок о бок с двумя истинными эльфами. Мне, простому вору, и не снилось никогда такое. — Кажется, он впервые не шутил.

— А для меня великая честь сражаться рядом с вами, маэстро, — не остался в долгу менестрель и склонил голову.

Королева, как и обещала, держалась строго за Томасом и остановила Арейона, только когда маэстро остановил своего коня. Пока не начался бой, Эйриэн решила слегка осмотреться. Впереди нее стояла шеренга бравых молодцев шептуна, слева — Мерилин, справа — Литавий, позади — Келл. Мальчишка был серьезен, как никогда. Алессия конечно же была рядом с Соловьем. Она улыбнулась подруге, но улыбка вышла какой-то совсем неуверенной — воительница тоже никогда до этого не участвовала в настоящих сражениях.

«Неужели я выгляжу такой же испуганной?» — удивилась королева и постаралась придать своему лицу выражение величия и решительности. Но насколько у нее это получилось, она не могла узнать.

Весь отряд был экипирован так же легко, как и сама королева, — в кольчуги и кожаные доспехи с металлическими вставками. Некоторые вампиры вообще предпочли отказаться от брони. Только Келл надел кирасу, наплечники и металлическую юбку, защищающую нижнюю часть туловища, но Эйриэн не представляла, как в таком можно вообще на коне сидеть. А еще у него были металлические сапоги с огромными шпорами, которые эльфийка про себя называла «смерть лошадям».