– Ешьте, чего тут! Это хлеб честный, рабочий, от него силушки прибавится! – пошутил один грузчик, придвигаясь ближе и накладывая на ломоть хлеба колбасу.

Ленька взял ломоть хлеба, разломил его пополам и половину дал Динке. Потом осторожно потянул за хвост воблу; Динка тоже взяла воблу.

Вася весело подмигнул товарищам:

– Девчушка-то та самая, что в бороду хозяину вцепилась!

Грузчики засмеялись.

– Я ее сразу признал, – сказал один. – Приметная девчонка!

– И как это она тогда, братцы, до бороды добралась! И главное дело: «Робя! Робя!» – а бороды не выпускает! Ну, умора с ей! – захохотал другой, кивая на Динку.

– Да ведь он, каторжная душа, за волосы ее схватил! Я думал, голову оторвет напрочь! – покачал головой Вася и, положив на Динкин хлеб колбасы, с любопытством спросил: – А кого же это ты на помочь звала?

– Да я вас звала... – улыбнулась Динка.

– Ишь ты! Это, значит, мы – робя! – захохотали грузчики.

А Вася спросил:

– Ну а где же теперь живете-то?

– Она с матерью живет, а я на вольной воле, – сказал Ленька.

– Вона как!.. – с удивлением протянул Вася. – Что ж, разве вы не брат с сестрой?

– Нет. Мы просто так, дружим, – солидно ответил Ленька.

– А мы так полагали – сестренка она тебе. Уж больно в защиту рвалась! – сказал один грузчик.

– С отчаянностью защищала! – захохотал другой.

Но Вася задумчиво поглядел на обоих ребят и серьезно спросил:

– Значит, она у матери живет, а ты сам по себе... Да-а... То-то, я вижу, исхудал ты, парень. Одни глаза торчат. На чьих же хлебах находишься теперь?

– Он не любит чужой хлеб, – быстро сказала Динка и, покраснев, подвинула Леньке свой ломтик колбасы.

– Я сам на себя зарабатываю! – гордо сказал Ленька, но худой, изможденный вид его красноречивей слов говорил об этих заработках.

Грузчики переглянулись.

– Во как! – с усмешкой сказал один и потрепал Леньку по плечу. – Амбиции своей, значит, не теряешь?

Ленька смущенно улыбнулся, и ему вдруг захотелось похвалиться перед этими людьми своей независимостью.

– Я в город езжу. Кому что поднесу на базаре – когда пять, а когда и десять копеек дадут. А то еще знакомый студент там у меня есть, вместе чай пьем! – с гордостью сказал он.

– Ну, со студентом только чаи гонять. С ихнего брата помощи мало. Плохо твое дело, Ленька! – серьезно сказал Вася.

– Студенты теперь все больше по тюрьмам сидят. С ними лучше не связываться, – покачал головой староста.

– Кто за народ стоит, тот и в тюрьме сидит, – ответил задетый за живое Ленька.

Грузчики переглянулись.

– Вона как! – усмехнулся Вася. – Складно сказал. И правильно. Студенты – народ товарищеский. Это у нас в артели все вразброд. Кто куда смотрит... Не натерла еще лямка спину, видать...

– Хоть и натерла, дак податься некуда. Когда б на заводе али на фабрике работать, а то кучка нас... – хмуро сказал другой грузчик.

– Своя рубаха ближе к телу... – вздохнул староста.

– Что ж... Сидеть да выжидать легче... На студентов, что ли, будем надеяться? – с горькой усмешкой спросил Вася.

Ленька вспомнил Степана и, вспыхнув, отложил в сторону свой хлеб.

– Есть люди, себя не жалеют... Не знаете вы их, – с обидой сказал он.

– Знаем! – сказал Вася и, весело улыбнувшись, похлопал его по плечу. – Они вперед, мы за ними... Свой своего не продаст и не выдаст. Только не об этом сейчас речь... Вот, вижу я, ты со своим заработком пропадешь на этом свете! Как пигалица пропадешь!

– Не пропаду! – упрямо сказал Ленька и вдруг робко спросил: – А что, про хозяина моего не слышно еще?

Грузчики с любопытством посмотрели на мальчика.

– А ты разве ничего не слыхал? – быстро спросил Вася.

– Нет! – побледнел Ленька.

Динка бросила воблу и, быстро оглянувшись, схватила Васю за руку.

– Едет он? – испуганно спросила она.

– Куда едет? – захохотал Вася. – Он уже заехал, дальше некуда! Да ты что побелел весь? – обратился он к Леньке. – Али не слыхал ничего?

– Ясное дело, не слыхал. А ты погоди сказывать, Вася... Может, отец он ему? – встревожились грузчики.

– Не отец он мне, а отчим. А хоть бы и отец был, так не пойду я к нему больше! – взволновался Ленька.

Вася удивленно смотрел на него. Грузчики вдруг о чем-то заспорили.

– Слышь, а бумаги у тебя есть, что он тебе отчим? Баржа-то ведь без призору осталась, а она денег стоит... – сказал староста, трогая Леньку за плечо.

– Да погодите вы делить! Не знает он, видно, ничего... Убили твоего хозяина, парень! Свои же выследили и убили... А ты что ж, не знал, что он беглый был? – спросил вдруг Вася.