Незнакомец посмотрел на нее укоризненно.

— Вот это как раз и нехорошо — работать с одними и теми же компаниями. Это вы делаете напрасно. Случается, что и другие также заслуживают бо-о-льшого интереса. И с ними, я вам скажу, тоже серьезные капиталы можно сделать — оч-чень серьезные! Это, к слову, про русский рынок. Я, кстати, не представился. Игорь Милованов.

Алекс вежливо кивнула. Наконец-то он додумался до такой простой вещи — представиться.

— А знаете что? — поразмышляв секунду, внезапно предложил Игорь. — Не закрутить ли нам какое-нибудь совместное дело? Из крупных, само собой, раз уж мы с вами так неожиданно нашли друг друга.

Алекс вновь вежливо, по-американски широко улыбнулась. Такая улыбка сама по себе ничего не значит.

— Вообще-то я никого не искала, это вы натолкнулись на меня чисто случайно. А что вы имеете в виду? Какое дело?

— Ну-у-у… — протянул Игорь. — К примеру, продажа у вас в Штатах наших акций: туда-сюда.

— Боюсь, туда-сюда не получится, — деликатно возразила Алекс. — Получится только сюда. На Западе интересуются лишь акциями очень крупных русских компаний. Например, Газпрома. Но он в состоянии реализовать свои акции и без нашего участия.

Милованов заволновался и заговорил возбужденно:

— А мы сломаем эту порочную практику! У пас множество плюсов — ваш опыт и возможности там, мое знание местного рынка. Алекс, ведь могут получиться бешеные деньги!

— Бешеные? — удивленно подняла брови Алекс. — У нас в стране не любят бешеных денег. Деньги должны подчиняться хозяину.

— Не цепляйтесь к словам! — махнул рукой Игорь. — Лучше давайте объединим свои усилия! Уверен, вы не прогадаете!

Алекс не привыкла к подобному методу ведения дел. И горячность русского, и его напор, и стремительность — все казалось ей странным.

— Боюсь, что не смогу вам ничем помочь, — тактично, но сухо ответила она. — Я пробуду в Москве всего два дня. Этого недостаточно, чтобы оценить ситуацию. И к тому же у меня много чисто личных дел. Но господин Милованов явно не принадлежал к тем людям, которые быстро сдаются и выходят из игры при малейших осложнениях.

— Зря вы отказываетесь! Зря!.. — продолжал он. — А в Москве, кстати, можно было бы и подольше задержаться. Куда вам так спешить? Я вам организую отличную культурную программу. У нас постоянно что-нибудь происходит, не то что у вас. Ну и поподробней дела обсудить будет время. — Он снова призадумался. — Скажите, Алекс, а вас могло бы заинтересовать участие в крупном российском медиа-холдинге? Я имею в виду финансовые инвестиции с последующим участием в прибылях. Правда, сам холдинг — в недалеком будущем, но его начало закладывается вот-вот, буквально на днях — это телевизионный канал, довольно крупный. Дальше будет больше: печать, радиочастоты, ну и все прочее на одной шестой части суши, если брать масштабы СНГ. Заманчиво?

До чего привязчив этот русский! Алекс улыбнулась с сожалением.

— Нет, мне это неинтересно, извините. Скажите, Игорь, если бы вам, например, предложили вложить серьезные средства в поиск и добычу дюралюминия от подбитых американских бомбардировщиков, раскиданных по вьетнамским джунглям со времен последней войны, а потом перелить металл в слитки, поставить печати серебряной пробы и выгодно экспортировать в третью страну, вы взялись бы за это? Игорь с досадой пожал плечами.

— При чем здесь дюралюминий?

— А при том, что для меня бизнес, о котором вы говорите, точно такой же экзотический, — объяснила Алекс.

— Ну, хорошо, а просто кредиты вы предоставляете? — не желал сдаваться Милованов.

Конечно, и довольно часто. Но только совершенно понятным фирмам, из тех, где все можно четко предположить и правильно рассчитать. — Алекс стал надоедать и этот бессмысленный разговор, и этот чрезмерно навязчивый господин. — А в России я не бывала, не говоря о том, что местный бизнес не чувствую и не знаю. — Она улыбнулась. — Я, кстати, в обязательном порядке утром пью натощак минеральную воду «Перье» и делаю пробежки. А вот есть у вас в Москве «Перье» или нет — не имею представления. Так же как не знаю, разрешают там бегать по улицам или могут арестовать за нарушение общественной морали. А вы говорите — бизнес!

По самолету разнесся голос стюардессы:

— Дамы и господа! Наш самолет пошел на снижение. Через пятнадцать минут мы совершим посадку в аэропорту Шереметьево-2 в Москве. Просим всех пристегнуть ремни и оставаться на своих местах до полной остановки самолета. Температура в районе аэропорта…

Игорь протянул разочарованно:

— Что ж, очень жаль, Алекс Тим, очень жаль… Тогда возьмите мою визитную карточку. Если надумаете, буду очень рад.

Алекс равнодушно подумала, что это будет самый простой способ оторваться от навязчивого дядьки, поэтому взяла карточку, кивком поблагодарила и стала смотреть в окошко иллюминатора. Самолет вошел в плотный слой облаков. Белая пелена сначала надвинулась на нее, а затем начала рассеиваться, разрываясь клочьями. Внизу показались ровно расчерченные квадратики полей и прямые нитки шоссе. «Ну, почти как у нас», — недоверчиво подумала Алекс.

Сойдя с трапа, Алекс двинулась вслед за толпой пассажиров. Игорь куда-то пропал, и это было очень хорошо. Он безумно утомил Алекс и явно не мог представлять собой никакой деловой ценности.

После недолгого ожидания в очереди Алекс протянула паспорт в окошко девушке-сержанту пограничной службы. Девушка заглянула в документ и спросила на ломаном английском:

— Хау лонг ю би ин Раша, миссис Тим? Алекс улыбнулась и ответила по-русски:

— К сожалению, недолго. Всего два дня. В воскресенье обратно.