36. Заяц и Лягушки

(Le Lievre et les Grenouille)

Раз Заяц размышлял в укромном уголке

(В укромных уголках нет лучше развлеченья);

Томился Зайчик наш в тоске

Печальны и робки все зайцы от рожденья.

"Ах, - думал он, - кто так пуглив, как я,

Тому на свете нет житья!

Спокойно не проглотишь и кусочка,

Ничто не радует, беды отвсюду ждешь,

Трясешься день, без сна проходит ночка,

И так весь век живешь...

– Зачем же, - скажут, - ты так мечешься

тревожно?

Да разве страх осилить можно?

Кто что ни говори, а я уверен в том,

Что даже людям он знаком".

Так Заяц размышлял, но размышлял с оглядкой.

Заяц и Лягушки

Опасность чуял он со всех сторон;

Чуть листик шелохнет, чуть тень мелькнет, - и он

Уж трясся лихорадкой...

Вдруг наш зверек,

Среди своих печальных размышлений,

Услышал легкий шум... Без долгих рассуждений,

Что было мочи, он пустился наутек.

Не чуя ног, бежит - и добежал до пруда.

Что ж видит он? О чудо!...

Лягушки от него к воде скорей бегут,

Лягушек дрожь берет, Лягушки скачут в пруд.

"О-го!
– промолвил он, - как пригляжуся,

Так в этой стороне

Таким же, как другие мне,

И сам я кой-кому кажуся.

Должно быть, я не так уж плох,

Коль мог произвести такой переполох.

Как! я один сумел повергнуть их в смятенье!

Им чудится во мне

Призыв к войне!"

Да, для меня теперь уж нет сомненья:

Как ты ни будь труслив, найдется, наконец,

Тот, перед кем и ты окажешься храбрец".

Н. Юрьин.

Содержание заимствовано у Эзопа. На русский язык басня переведена Сумароковым.

37. Петух и Лиса

(Le Coq et le Renard)

На ветке дерева сидел, как часовой,

Петух лукавый лет почтенных.

И молвила Лиса, смягчая голос свой:

"Брат! Из источников я знаю несомненных:

Мир заключен меж нами навсегда.

Тебе об этом объявляю

И от души

Тебя обнять на радостях желаю.

Не медли и ко мне спуститься поспеши.

Сегодня каждый миг мне дорог:

Ведь сделать я должна миль сорок.

Итак, боязнь отныне отложи,

Свершай свои обычные занятья;

Тебе и всем твоим поможем мы, как братья.

В честь мира мы зажжем сегодня же огни.

Приди скорей в мои объятья!"

"Сестра, - сказал Петух, - ты не могла принесть

Мне лучшую, желаннейшую весть,

И от тебя сугубо

Ее мне слышать любо.

Но вот борзых я вижу двух,

Они во весь несутся дух,

Их верно шлют о мире к нам гонцами;

Я с дерева сойду сейчас же к ним,

И вчетвером союз объятьем закрепим".

"Нет, озабочена я дальними концами,

Лиса промолвила,- мне нынче недосуг:

В другой раз мы порадуемся, друг".

Так, в хитрости своей дав маху,

Во весь опор Лиса пустилась в путь.

Петух и Лиса

Петух же про себя ее смеялся страху:

Обманщика вдвойне приятно обмануть.

О. Чюмина.

Содержание заимствовано у Эзопа.

38. Вороненок

(Le Corbeau voulant imiter l'Aigle)

Орел

Из-под небес на стадо налетел

И выхватил ягненка,

А Ворон молодой вблизи на то смотрел.

Взманило это Вороненка,

Да только думает он так: "Уж брать, так брать,

А то и когти что марать!

Бывают и орлы, как видно, плоховаты.

Ну, только ль в стаде что ягняты?

Вот я как захочу

Да налечу,

Так царский подлинно кусочек подхвачу!"

Тут Ворон поднялся над стадом,

Окинул стадо жадным взглядом:

Из множества ягнят, баранов и овец

Высматривал, сличал и выбрал, наконец,

Барана, да какого?

Прежирного, прематерого,

Который доброму б и волку был в подъем.

Изладясь, на него спустился

И в шерсть ему, что силы есть, вцепился.

Тогда-то он узнал, что добычь не по нем.