Перед ней поплыли различные картины: Ренк скачет в лесу, скорее всего, на охоте.

Потом всплыла картина какого-то приема в богато украшенной зале. Она стала мысленно задавать вопросы: будет ли Ренк императором? Сознания коснулась мысль:

"Да", и возникла сцена, где Ренк был, уже возмужавший, сидящий на троне, в королевской мантии. Будут ли покушаться на его жизнь? — «Да». Когда? — «19» и пошла картинка празднества, сменившаяся изображением сэйла со шрамом на лбу.

Потом дошла мысль "Доверяй матери". Он пойдет в страну Высоких Горизонтов? — "Да… может, нет". Пошла картинка войска, марширующего по лесу гигантских деревьев, потом сменилась толпой воинов, что-то мастеривших на берегу моря. Ренк сдвинет капсулу на горе? — "Его люди сделают это… нет". Сколько он еще проживет? — "30…40…50…65"…

Женька увидел, что Лэя стала заваливаться набок. Он молнией подлетел к ней и подхватил принцессу, готовую совсем свалиться с бревна.

— Лэя! Что с тобой?! — испуганно спросил Женька.

— Ой, простите! — совсем слабым голосом ответила Лэя, обвиснув на руках Жени.

Потом, передохнув, продолжила. — Спасибо, Ренк! Ты только что поверил нам, и мы спасли мир! Ты будешь императором, и, поверив нам, продлил себе жизнь.

— Сколько я проживу?

— Теперь, долго! Понимаешь цифра началась с тридцати лет, как и у всех, кого я до этого «смотрела», но тут же она стала расти и здесь я начала отключаться, но куда-то до восьмидесяти она успела уползти, так что долго! И еще, на тебя, как и на всех племянников императора достигших совершеннолетия, будет совершено покушение. Это будет, как и у меня, когда тебе будут праздновать 19-летие. И совершит его человек со шрамом на лбу, вот таким! — Лэя показала, как должен выглядеть шрам.

— Ну, так далеко ходить не надо, вон он лежит! — усмехнулся Женька. Ренк побледнел — тяжело узнать, что твой учитель станет смертельным врагом.

— Не советую пока ничего не предпринимать, а то изменишь себе судьбу, и подошлют к тебе кого-нибудь более удачливого. Лучше ждать до самых событий. Ты же станешь императором! Здесь еще одна важная вещь — ты должен доверять матери. Как я поняла, она должна спасти тебя.

Ренк долго сидел, задумавшись. Затем, поднял голову и сказал с растерянным видом:

— Нет, это невероятно! Я не могу поверить.

Женька чувствовал, что они стоят перед почти неразрешимой проблемой. Чтобы они сейчас не рассказывали и не внушали Ренку, завтра утром, ну может, через неделю, он проснется и подумает, что это был забавный сон. А так же подумает, что когда-нибудь и, действительно, будет интересно взглянуть на то, что скрывает тайна страны Высоких Горизонтов. Нужно было что-то сверхъестественное, чтобы Ренк поверил раз и навсегда. И Женька нашел то, что могло убедить принца:

— Хорошо. Ты поверишь, если попадешь на небеса?

— Это как? — несколько испуганно спросил Ренк.

— Не бойся, убивать тебя для этого не надо. Просто нужно недельку прогуляться до одного места, откуда это восхождение будет возможно. А там ты получишь все объяснения, хоть от венценосного дедушки, хоть от ангелов.

А Ренк все никак не мог поверить в реальность происходящего. Лэя озадаченно смотрела на Женьку, не в состоянии что-либо еще придумать. И неизвестно, чем бы кончился их поход, если бы два события произошедших друг за другом не доконали сомнения принца. Сначала затрещали кусты, и на сцене появился недовольно ворчащий Хлюп:

— Сколько можно вас ждать, однако? Я уже гору грибов насобирал, опять их на кухне выкинут. Лэя, ты пожаришь мне немножко? Они все равно готовить не умеют!

Ренк обалдело смотрел на лонка. Потом, повернувшись к Лэе, тихо спросил:

— Так ты и в правду принцесса? — странно, но наличие настоящего лонка у Лэи послужило лучшим доказательством Лэиного статуса, чем тот же королевский кулон.

Ренк признался. — А у меня нет своего лонка.

— Это Хлюп, мы с ним выросли вместе, а теперь он мой главный защитник! — объяснила Ренку Лэя. Затем испуганно взглянула за спину Жене и крикнула. — Сзади!

Женька, натренированным с Лэей на занятиях по рукопашной прыжком отскочил назад и влево, разворачиваясь на ходу. Искать меч, оставленный у бревна рядом с Лэей, как и ругать себя за растяпство было некогда. Его уже рубил своим тесаком тот тип, которого он некачественно усыпил. Первый удар меча пришелся по пустому месту. Второго Женька совершить не дал, пролетев нападающему под мышку и с размаху влепив тому рукой сбоку между ребер. Нападавший сэйл остался стоять, как соляной столб. Удар достиг цели, лишив соперника на время возможности дышать и совершать движения из-за болевого шока. Этого хватило Женьке, чтобы «ласково» взять его за руку чуть ниже плеча, придавив нерв, идущий вдоль внутренней стороны кости — это надежно сделало из сэйла послушную тряпку. Уже спокойно улыбаясь, он спросил Лэю:

— Девочка моя, я обязан тебе жизнью, но у меня еще вопрос — как ты себя чувствуешь?

— Ну, слава богу, значит мы квиты, два раза ты меня спасал — два раза я. А зачем тебе мои чувства? — облегченно играла словами озорная принцесса.

— У тебя хватит сил усыпить этого война гипнозом? А то я его совсем затравмирую своими «усыплениями». Зачем из человека, тьфу, сэйла делать инвалида?

— Смогу — это не то, что будущее считывать!

— Тогда, — Женька подумал. — Усыпи и внуши ему, что он просто ехал с Ренком.