Демон только покачал головой, встал, уперев руки в чешуйчатые бока, с непередаваемым выражением глядя на то, что осталось от храма, похоронившего големов и его надежды быстро и без хлопот вернуться домой. Теперь предстояло тащиться куда-то на край света, если, конечно, этот алхимик ничего не напутал…

Потом он глубоко вздохнул и склонился над дхуссом.

— Досточтимый? — Тёрн не отозвался, и мэтр Кройон что-то сердито пробурчал под нос на собственном языке. Сидха же тем временем совсем скуксилась, скукожилась, села поодаль, подтянула коленки к груди и закрыла лицо ладонями. Бросаемые на неё мэтром Кройоном взгляды были весьма красноречивы. Слов не требовалось.

— Ну что, что смотришь?! — не выдержав, прошипела Нэисс. — Сам ведь говорил — мол, помогать кому-то смешно и глупо! Тебе Тёрн нужен — ты его и вытаскивал! А я-то тут при чём?

— Недостойный считает своим долгом заметить, что вытаскивал также и… здесь присутствующую сидху, — непреклонно отрезал демон. — Хотя мне, недостойному, от неё никакой пользы. Но мы были керваном там, внизу. Делали одно дело. Шли в одной связке. Ты этого не поняла, рекомая Нэисс.

— Хм! — сидха задрала нос и отвернулась.

Ворожба Кройона вроде бы помогла — дхусс открыл глаза и попытался подняться.

— Пусть достойнейший лежит и не шевелится, — бросился к нему демон. — У тебя, многомудрый Тёрн, несомненно, сотрясение и обширная контузия. И хорошо, если нет каких-то глубинных магических повреждений. Так что лежи, я должен тебя осмотреть…

Сидха, отвернувшись, тоже занялась собственными ранами. Ксарбирус встряхнулся, закряхтел, поднялся на ноги.

— Разреши взглянуть, Нэисс. А ты, друг демон, не волнуйся. Дхуссы — народ выносливый. И ты, Стайни, иди сюда. Снадобий у меня почти не осталось, но обработать раны — хватит.

Стараниями демона Тёрн вскоре пришёл в себя.

Гончая тотчас бросилась к нему, сидха густо, совсем по-человечески покраснев, потупилась и подойти не решилась.

Дхусс поднялся, опираясь на когтистую длань Кройона. Взглянул на потрёпанного алхимика, на Стайни, по-прежнему сжимавшую бесполезный сейчас меч, на пунцово-красную сидху…

— Да, крепко ж нас приложило, — он только покачал головой, глядя на то, что осталось от храма Феникса. — Ну да делать нечего. Достойнейший Ксарбирус, заинтересован ли ты в том, чтобы произвести тут кое-какие раскопки? Как-никак у нас под ногами целая дюжина Камней Магии.

— А они, эти големы, — не вылезут и не накинутся на нас, достойнейший?

— Нет, мэтр, не накинутся. Завалило их крепко, и не только…

— Это уж точно, — буркнул Ксарбирус, отряхиваясь и с сожалением глядя на опустевшую сумку для эликсиров. — Могу лишний раз поздравить, дхусс. Впечатляет, даже очень. Именно, что големов «завалило, и не только». Вот это «не только» мне особенно понравилось. А насчёт копать… заманчиво, конечно, но ты не забывай, что големы перед гибелью обязательно подадут весть…

— Своим? Я знаю. Но никто и не собирается сидеть тут вечно.

— Чем же ты думаешь копать? — косо взглянула Нэисс. — У нас даже лопаты нет. И ты что, надеешься вырыть целый котлован? Забыл, как глубоко тут всё провалилось?

— Лопата нам не понадобится. Алтарь расколот, но кое-что я ещё смогу собрать тут по сусекам. Заставим мёртвых самих откапывать своих мертвецов, — Тёрн обращался к сидхе как ни в чём не бывало, и это, похоже, мучило её сильнее всего.

— Это как — самим откапывать своих мертвецов? — вытаращилась Нэисс.

— А вот увидишь.

И сидха действительно увидела.

На свежевзрыхлённой земле дхусс начертил посохом огромный круг, помечая стороны света непонятными сидхе символами. Они чем-то напоминали изящный алфавит её народа, но не более того. Рассёк окружность хордами, всякий раз надолго замирая и словно к чему-то прислушиваясь, иногда чуть сдвигаясь в ту или иную сторону, прежде чем сделать засечку. Времени на это ушло изрядно, так что день уже стал угасать, когда дхусс наконец устало выдохнул «всё!» и предложил Нэисс с мэтром Кройоном, алхимиком и восхищённо глядящей на него Гончей отойти подальше.

— Что же задумал достойнейший? — изнывал от любопытства демон. Долго пребывать в меланхолии он, похоже, не мог. Да и то сказать — возвращение домой, конечно, отложилось, но зато предстояло ещё одно приключение, и нельзя сказать, что достойнейший мэтр оставался совершенно уж глух к этому зову.

— Асcosimigami! — вместо ответа негромко произнёс Тёрн, ударяя посохом оземь, словно настоящий волшебник из детской сказки.

Лес вздрогнул, ветви остролистов жалобно заскрипели, раскачиваясь, точно под ветром. Тени потянулись всё удлиняющимися лапами к трём путникам, даже вьюнки, казалось, зашипели, подобно змеям.