Брита все болтала о своем покойном муже. Росс незаметно дотронулся до руки Меган. Она вздрогнула, но не оттолкнула его, когда он сплел свои пальцы с ее.

– Прости меня, моя Мегги.

– За что? – прошептала она.

– За то, что накричал на тебя сегодня утром. Я искуплю свою вину, когда мы останемся одни, – подмигнув, пообещал Росс.

– Ты что, заигрываешь со мной? – недоумевала Меган.

– Ага, – согласился он и тоже этому удивился, так как такое легкомысленное поведение было ему несвойственно, но…

Их взгляды встретились, и они уже не сводили глаз друг с друга. Все кругом померкло: стук посуды, шум голосов, даже резкий голос Бриты. Воздух между ними неожиданно сгустился, словно во время грозы. Их любовь была такой же необузданной, как сильная летняя буря, а чувства, которые они испытывали после любовной близости, были свежими и прекрасными, как умытая дождем природа. У Меган перехватило дыхание, краска залила ей шею и лицо, и Росс понял, что она чувствует то же, что и он.

– Спроси у тети, где наша комната, – прошептал Росс, не сводя взгляда с соблазнительных губ Меган.

Меган твердо ответила:

– Нет. Я… сначала должна повидать Сьюзан. – Он был разочарован, а Меган, отвернувшись от него, потянула тетку за рукав: – Где Сьюзан?

Улыбка исчезла с лица Бриты. Впервые она выглядела неуверенной. Обычно когда она посещала Кертхилл, то приносила с собой веселье и хорошее настроение.

– Может… ты подождешь до утра, а когда отдохнешь…

– Что случилось? – Меган впилась в мясистую теткину руку.

– Она жива, но…

Меган готова была возненавидеть слово «но».

– Я пойду к ней.

– Ты еще не поела, – тянула время Брита.

– У меня кусок застревает в горле. – Схватив янтарный амулет, Меган вскочила со скамьи, не замечая, что Росс поддержал ее, чтобы она не упала. Спотыкаясь, Меган стала подниматься по лестнице.

Тетя Брита спешила следом. В страхе Меган вошла в комнату. Здесь все было сделано, чтобы создать уют и удобства. В очаге горел огонь, а на сундуке у окна – свечи. На столе около кровати тоже стояли зажженные свечи, полностью освещая комнату. Там же в чаше стояли веточки вереска – для свежести и на счастье.

Меган ничего не замечала кругом. Ее взгляд устремился к женщине, лежащей на высокой кровати с драпировками.

Лицо Сьюзан, обрамленное гладкими белокурыми волосами, было таким же белым, как и подушки. Тело почти не выделялось под покрывалом, поверх одеяла безжизненно покоилась маленькая рука.

Меган с криком кинулась к сестре и взяла ее за руку. Сквозь потоки слез она увидела, что у Сьюзан дрогнули ресницы. Она открыла запавшие, обведенные фиолетовыми кругами глаза, и Меган прочитала в их потухшем взгляде боль и усталость.

– О, Сью… – вскрикнула Меган.

– Мегги? – Сьюзан моргнула и слегка улыбнулась. Туман в глазах чуть-чуть рассеялся. – Я знала, что ты приедешь… – Она замолкла, а взор переместился в сторону. – Лайон?.. – прошептала она с удивлением и надеждой.

Сильная загорелая рука протянулась вперед и прикрыла вялую руку, которую держала Меган.

– Нет. Это Росс.

– Росс. – Губы Сьюзан сморщились. – Он умер. Я… не смогла спасти его… приехала слишком поздно.

Рыдания сотрясали Сьюзан, и сомнения Росса исчезли – Сьюзан любила его брата.

– Успокойтесь. Вашей вины в этом нет.

– Я должна была догадаться, что ему угрожает опасность. – Сьюзан лихорадочным взглядом окинула комнату. – Вы приехали один?

– Со своими воинами…

– Но с вами нет ни отца… ни Комина? – Глаза Сьюзан потемнели от страха, словно ее преследовали, а рука дрожала. – Вы ведь не привезли их сюда?

Росс обменялся с женой взглядом, полным беспокойства. Неужели Меган все-таки была права относительно Макдоннела?

– Нет. Они оба в Кертхилле.

– Слава Богу. – Сьюзан закрыла глаза.

– Почему вы спросили? Кто-то из них убил Лайона? – Росс не мог удержаться от вопроса, хотя понимал, что сейчас не время для этого. Но он прибыл так издалека, так долго ждал, так отчаянно жаждал правды…

– Росс! – воскликнула Меган. – Разве ты не видишь, что она больна?

– Ничего, – слабым голосом сказала сестра. Она умирает и знает об этом, подумал Росс.

Это было написано в ее застывшем, невыносимо печальном взгляде, которым она посмотрела на Меган. Россу было больно за них обеих. Меган тоже все поняла.