команды "Декарт" будут в конце концов найдены. Сейчас должно

существовать уже целое поколение автономных Боло, однако

тому, кто сюда явится, Ника все равно преподнесет не один

сюрприз. Кто бы вы ни были, позаботьтесь о ней. Она - умная

девочка. Конечно, мои изобретения заставят кое-кого

попотеть! Многие станут рвать на себе волосы от одной мысли

о том, какими способностями я наделила свое создание. Но я

ничуть не раскаиваюсь. Она - единственная в своем роде. Она

была мне подругой, и не только...

Пожилая женщина на экране вздохнула. Ее улыбка была сочетанием печали, гордости и любви, голос стал ласковым:

Когда твое чело избороздят

Глубокими следами сорок зим,

Кто будет помнить царственный наряд,

Гнушаясь жалким рубищем твоим?

И на вопрос: "Где прячутся сейчас

Остатки красоты веселых лет?"

Что скажешь ты? На дне угасших глаз?

Но злой насмешкой будет твой ответ.

Достойней прозвучали бы слова:

"Вы посмотрите на моих детей.

Моя былая свежесть в них жива.

В них оправданье старости моей".

Пускай с годами стынущая кровь

В наследнике твоем пылает вновь!

(Отрывки из цитируемых автором здесь и далее стихотворных произведений В. Шекспира и Р. Бернса приведены в переводах С. Маршака, Р. Киплинга - И. Грипгольца, Р. Фроста - И. Нашкина.
– прим. перев.)

Она зажмурилась, а потом кивнула в объектив, словно обладала способностью видеть того, кто придет неведомо когда, оценивать его, проникать ему в душу.

– Возможно, цитата местами неточна, - тихо проговорила

она, - но, надеюсь, Шекспир на меня не обидится.

Позаботьтесь о моем детище, кто бы вы ни были.

Экран погас. Меррит опустил голову.

– Вы тоже были умницей, майор, - пробормотал он.

– Именно так, - раздалось негромкое сопрано, и Меррит увидел зеленую лампочку под динамиком, откуда оно раздалось. Ознакомившись с журналом Ставракас, он больше не удивлялся, когда Ника подавала голос по собственной инициативе. После недолгого молчания машина продолжила тем же тоном:

– Я не знала, что в моей памяти есть это послание, господин капитан. Видимо, она записала его, отключив меня.

– Она не хотела, чтобы ты из-за нее беспокоилась.

Меррит отказывался размышлять о том, как прореагировали бы на этот разговор психиатры. Любой офицер из бригады "Динохром" мог без конца цитировать главы из учебников, предупреждавшие против братания с Боло. Учебники твердили, что Боло - боевые машины. Пускай они осознают себя и являются личностями, все равно они остаются машинами, построенными для того, чтобы сражаться с врагами человечества и гибнуть. При подведении итогов потери Боло отождествлялись с потерями техники. Об этом знали и сами Боло, однако люди - их командиры и однополчане - то и дело забывали. Точно так же об этом забыл сам Меррит на Сендлоте.

– Да, я делаю вывод, что вы правы, - согласилась Ника после непродолжительного молчания.

– Зато она тобой гордилась. Должен признать: она имела на то основания.

– Действительно?
– Ника была польщена. Меррит представил себе наклоненную набок женскую головку и приподнятую бровь.
– После моего развертывания истекло больше семидесяти девяти лет. С тех пор наверняка появились новые Боло, превосходящие меня способностями.

– Напрашиваешься на комплимент, Ника?
– Меррит усмехнулся и потрепал ручку дивана.
– Майор Ставракас была права: многие стали бы рвать на себе волосы, если бы услышали твои речи.

– Почему?
– бесхитростно спросила машина.

– Потому что они боятся, как бы Боло не стали слишком похожими на людей.

– Их пугают возможные поступки таких Боло? Или их отказ повиноваться?

– Им не хочется, чтобы Боло задавали подобные вопросы.
– Меррит посерьезнел.
– Ты чрезвычайно мощная боевая машина, Ника. Пока что не случалось, чтобы неповрежденные Боло ослушались приказов, зато с дефектными Боло такое бывало... Поэтому в Бригаде по-прежнему озабочены сохранением контроля за новыми автономными системами. На модель XXV не наложено прежних запретов, но ограничители все равно предусмотрены.

– Разумная предосторожность, - отозвалась Ника спустя непродолжительное время.
– Машина, действующая иррационально и обладающая моей боевой мощью, была бы слишком опасна для своих.

– Боюсь, мне придется с этим согласиться. Именно поэтому ты способна огорчить конструкторов. Ведь ты лишена взаимодублирующих систем, которыми оснащены модели XXIV и XXV. С технической точки зрения, это делает тебя более подверженной поломкам в бою. Но, с точки зрения штабных, хуже другое: насколько я успел понять, майор Ставракас так преобразила твою личность, что ты резко расходишься даже с принятыми сейчас параметрами. Довольно уже того, что ты лишена львиной доли требуемых ограничителей. Современные Боло не так активны в небоевой ситуации, к тому, же твои личностные характеристики оставляют далеко позади свойства модели XXV. Не могу утверждать наверняка, но, думаю, ты посрамила бы даже "Червя Омегу".