Винделор и Илай, замерев, наблюдали, как ситуация накалялась.

— Похоже, будет драка, — вполголоса заметил Винделор, осторожно приближаясь к забору. Он двигался бесшумно, стараясь не привлекать внимания. — Нам не стоит вмешиваться.

Илай, сжимая нож в руках, тоже шагнул ближе, его взгляд неотрывно следил за разворачивающейся сценой. В толпе кипели эмоции, звучали резкие слова, жесты становились всё агрессивнее. Казалось, ещё немного, и ссора вспыхнет с новой силой.

— Давай просто понаблюдаем, — тихо добавил Винделор, его голос оставался спокойным. — Если что, мы сможем вмешаться… но лучше этого избежать.

Подростки, окружившие спорщиков, подогревали ситуацию выкриками, смехом и подначками. Казалось, никто из них уже не помнил, с чего всё началось, но это было и не важно. Главное — не уступить, не показать слабость. Напряжение росло, и на какое-то мгновение Илаю показалось, что воздух между ними загустел.

Он чувствовал, как сердце бьётся быстрее, как в пальцах крепче ложится рукоять ножа. Недавняя тренировка ещё звенела в памяти, но Винделор был прав — одно дело владеть оружием, другое — знать, когда стоит его применить.

Неожиданно разгорячённые эмоциями подростки бросились друг на друга. Удары, выкрики, толчки — но это не было настоящей дракой, скорее бурным всплеском злости. Несколько коротких выпадов, быстрые отступления, и конфликт утих так же быстро, как начался. Никто не пострадал всерьёз, никто не достал оружия — это была лишь подростковая бравада, выкипевшая на глазах у толпы.

Спорщики, бросив напоследок несколько грубых слов, разошлись в разные стороны, а их товарищи потянулись следом, передавая друг другу короткие, невидимые сигналы. Жизнь на улице продолжила идти своим чередом.

Винделор и Илай молча наблюдали, как растворяется толпа, и только после того как улица снова наполнилась обычным шумом, Илай отвёл взгляд.

— Что ж, кажется, никто не пострадал, — усмехнулся Винделор, провожвая последних участников конфликта долгим взглядом.

— Да… — тихо отозвался Илай.

Он не смотрел на улицу, его взгляд был устремлён в землю. Мысли куда-то унесли его, и Винделор почувствовал, как напряжение в мальчике изменилось — больше не было любопытства, не было азарта. Только холодная тень, опустившаяся на его лицо.

— Эта ситуация… с той девочкой… она напомнила мне о моей сестре, — наконец выдохнул он, не поднимая глаз.

Тон его голоса был тихим, но в этой тишине звучало больше, чем в любом крике.

Слова Илая заставили Винделора нахмуриться. Он внимательно слушал, но ему не нравилось, куда движутся мысли юноши. В глазах мальчишки пылала решимость, и это беспокоило его куда больше, чем если бы тот просто отмахнулся от увиденного.

Илай глубоко вдохнул, словно собираясь с духом.

— Я был слишком слаб, чтобы помочь ей, — наконец сказал он. — И я чувствовал себя бессильным. Если у меня есть хоть малейший шанс сделать что-то для этой девочки…

— Илай, — перебил его Винделор, глядя прямо в глаза. — Ты не знаешь, что за ситуация там сложилась. И уж тем более не знаешь, кто эти люди на самом деле. Что, если они представляют опасность не только для неё, но и для нас?

— Но она же нуждается в помощи! Мы не можем просто стоять в стороне! — Голос юноши задрожал от эмоций, и он сжал кулаки.

Винделор долго смотрел на него, словно пытался прочесть, что творится у того в голове. Решительность Илая напомнила ему о другом человеке — Саймоне. Его друг тоже когда-то не смог пройти мимо чужой беды… и заплатил за это слишком высокую цену.

Мужчина тяжело вздохнул.

— Послушай, — его голос стал твёрже. — Иногда нужно сохранять хладнокровие и не поддаваться эмоциям. Ты не спасёшь всех. Неразумная помощь может обернуться для нас огромными неприятностями. Иногда, чтобы быть героем, нужно оставаться в тени.

Илай отвёл взгляд. Внутри него боролись две силы: желание помочь и страх перед тем, чем это может закончиться. Он не мог не думать о сестре, о том, как когда-то тоже оказался слишком слаб, чтобы её спасти.

Винделор видел, как его слова застряли в душе мальчишки, как колебания раздирают его изнутри.

— Лучше сосредоточимся на том, что можем контролировать, — сказал он уже мягче. — Ты учишься становиться сильнее и умнее. Это и есть настоящая защита, а не бездумный героизм. К тому же мы даже не знаем, где сейчас эта девочка. Искать её в таком городе — что искать иголку в стоге сена.

Илай стиснул зубы, но всё же кивнул. В его взгляде появилось понимание, хоть и с горечью.

Некоторое время они молчали. Затем Винделор без слов передал юноше нож, давая понять, что тренировка продолжается. Илай неохотно принял его и вернулся к упражнениям, хотя что-то в нём изменилось.