— Обеспечить видимость минимальной охраны

— Подготовить группы быстрого реагирования

— Установить скрытое наблюдение

— Разместить маячки на всех присутствующих

Если преступники действительно охотятся на рейнджеров, они могут не устоять перед такой приманкой. А дальше… дальше их приведут к остальным пропавшим. Возможно, это единственный шанс найти «Гермес» и его экипаж, пока не стало слишком поздно.

«Эта операция может стоить мне карьеры,» — подумал Август, отправляя записку, — «но если есть хоть малейший шанс спасти их…»

Он поднялся и подошел к голографической карте. Где-то там, в темноте между звездами, пятнадцать человек ждали спасения. Среди них — пять рейнджеров, его братьев и сестер по оружию. Он не мог подвести их.

«Где же вы прячетесь?» — прошептал он, глядя на мерцающие точки космических станций.

Ответом ему была лишь тишина пустого зала, нарушаемая тихим гудением компьютеров и мягким пульсированием голографической карты. Но где-то там, за пределами этой тишины, убийцы праздновали свою победу над рейнджерами. Скоро они узнают, что значит навлечь на себя гнев всего корпуса.

Глава 15

Оглядываясь назад, я должна сказать, что первые полгода после выпуска из Университета, оказались самыми сложными в моей жизни.

Сначала-то всё было отлично. Хоть и мечтам Альфины на отдельный купол не суждено было сбыться, я прекрасно устроилась в куполе профессора Сильвы, поступив под его начало младшим лаборантом.

Мне выделили свой собственный отдельный уголок. Я стояла посреди своей новой комнаты, окруженная контейнерами с вещами. Хоть комната была меньше той, что у меня была в родительском куполе, она казалась уютной и светлой. Через прозрачную стену купола виднелся серебристо-зеленый пейзаж Цереры.

Я больше не могла слышать песни полисов, но решила, что это и к лучшему. Я очень боялась вернуться в то самое состояние, в котором находилась летом. Вдруг бы другие что-то заметили, что со мной что-то не так? Мне бы пришлось тогда распрощаться с Церерой, ведь кто позволит работать нестабильному учёному в дальней экспедиции.

— Ты уже распаковалась? — голос Альфины донесся из коридора.

— Почти! — отозвалась я, торопливо открывая ближайшую коробку.

Альфина появилась в дверном проеме, ее глаза блестели от энтузиазма. Она всегда была такой — полной энергии и готовой помочь:

— Давай помогу. Четыре руки лучше, чем две!

Ее неугомонность была заразительной, и я почувствовала, как мое настроение улучшается.

Мы вместе принялись раскладывать вещи, болтая о предстоящей работе. Было странно и немного грустно распаковывать книги и фотографии родителей в новом месте, но присутствие Альфины делало процесс менее болезненным.

Каждая распакованная вещь была как мост между прошлым и будущим. Голография родителей, которую я достала из коробки, вызвала острый укол боли в груди. «Вы бы гордились мной?» прошептала я, проводя пальцем по их улыбающимся лицам. Глубоко вздохнув, я поставила фотографию на полку. Это новое начало, напомнила я себе. Шанс продолжить их работу, их наследие.

Я не могу их подвести.

— Эй, девчонки! — в комнату заглянул Хан. — Профессор Сильва зовет всех на ужин. Говорит, нужно отпраздновать прибытие нового члена команды, — В его глазах мелькнул огонек веселья. — Надеюсь, вы готовы к кулинарным экспериментам нашего уважаемого шефа?

— Это ты пустил профессора на кухню? — проворчала Альфина. — Юлия, даже если это будут перчёные, пережаренные питательные батончики, откуси хоть немного из вежливости.

Я не поняла, шутит она или нет, но согласно закивала. На кухне что-то грохнуло, бухнуло и потянуло гарью. Мы все переглянулись.

— Хан! Тащи огнетушитель! — два старших лаборанта с топотом выбежали из моей комнаты.

И тут я поняла, что скучно мне в этом куполе не будет. Я бросила свои контейнеры и направилась вслед за всеми.

Столовая купола была небольшой, но уютной. Профессор Сильва стоял в стороне, а Хан и Альфина суетились у кухонной машины.

— Я делал всё по инструкции, — обиженно говорил наш начальник. — С этими пайками что-то не так!

— Боже мой… Надо было нажать только на одну кнопку, — вздохнула Альфина.

Я поспешила к профессору:

— Спасибо за заботу, но не надо ничего специального, хорошо?

— А, Юлия! — воскликнул он, увидев меня. — Как тебе твоя комната? Тебе удобно? Всего хватает? Надеюсь, ты быстро освоишься.

— Спасибо, профессор, — ответила я. — Комната прекрасная.

— Отлично! — он закивал.

Я почувствовала, как внутри разливается тепло. Меня приняли в команду.

— Так, сегодня на ужин питательные батончики, — закончив с осмотром машины, заключил Хан. — А завтра я немного поработаю отвёрткой.