«А Тара просто выжившая из ума старуха», – докончила я мысленно.

– Расскажи мне о себе, – вдруг попросил Рэй.

Вот это неожиданно!

– Зачем? – опешила я. – В моей жизни нет ничего примечательного. Разве что магия. Но до последнего времени и она была на уровне чуть выше среднего. Так, целительство, Сети, мелкие бытовые заклинания… Из Мердена я не выезжала. Не то чтобы возможностей не было – не стремилась. Отец меня собирался отправить в столицу, продолжать образование в университете. Ему, видишь ли, учителя посоветовали! Два года с ним воевала, отстояла-таки право жить там, где чувствую себя счастливой… Вы с Орри – вот моё первое приключение, и не скажу, что я сейчас без ума от радости.

– Когда всё закончится, ты вернёшься домой?

– Обязательно. И месяц дальше ворот не выйду!

– А я весь Авендум объездил, – задумчиво протянул Рэй. – В основном с лордом-повелителем. Орри-то домосед, выезжает, только когда нет никакой возможности отвертеться. Дирин же, хоть и не подозревает, кто я такой, но как телохранителя ценит… теперь, наверное, нужно сказать, ценил, – поправил он себя с усмешкой. – Он ведь приказал мне найти сына и доставить к нему… Впрочем, ерунда это всё. Лишь бы Орри уберечь, там посмотрим. Но на одном месте мне уже через день тошно становится. Словно что-то гонит вперёд.

– Ни родных, ни дома, ни друзей, ни воспоминаний, – протянула я. – Закончатся твои жизни, даже оплакивать будет некому… Пора сходить с Тропы, Страж.

Мы вышли в Линьи. Уже стояла ночь, тёмная, тёплая, звёздная. Совсем рядом поблёскивало озеро Гдэн, по берегам затянутое низким туманом. Я долго обшаривала Сетью окрестности, спугнула всю мелкую живность, но не нашла ничего опасного. Не успокоившись, поставила столько защитных заклинаний вокруг, сколько могла припомнить. Рэй напоил и привязал коней. Огня разводить не стали. Наскоро поужинали остатками илнорских припасов. Орри и Лоту мы уложили со всевозможными удобствами, каждого отдельно, а то доказывай потом царственной Дилоне, с кем там валялся её жених, пусть и в бессознательном состоянии. Сами уже привычно легли спина к спине. Я закрыла глаза, но спать не хотелось. Завтра мы окажемся в Араши, а оттуда – пара часов до Эрлинга.

Какие сюрпризы преподнесёт нам столица? Угадал ли наши замыслы Керт, готовит ли нам очередную ловушку? Как встретит нас Дирин? Тысяча вопросов бродила в голове, будоража воображение.

– Арин, – шёпотом окликнул меня Рэй, – ты спишь?

– Нет, – так же тихо ответила я.

– Ты меня спрашивала о Жрице… из Аскора. Просто так?

– Об Эрии?

– Да.

– Нет.

– Что «нет»?

– Не просто.

– Ты видела… моё прошлое?

– Угу.

– Арин!

– Рэй, ты хочешь, чтобы вместо заслуженного отдыха я рассказала тебе в подробностях, кем ты был, что делал, почему тебя живьём замуровали в стену Храма и так далее? Прямо сейчас, глубокой ночью?

– Ты права… Не время. Извини.

Вновь воцарилась тишина. Сон упрямо не шёл. Меня начали мучить угрызения совести. Первый раз в моём спутнике проявилось нечто человеческое, не подпорченное иронией, а я так резко его одёрнула.

– Рэй, – тихонько позвала я.

– Что?

– Ты правда хочешь это знать?

– Обойдусь. Восемь лет прожил и дальше как-нибудь переживу.

Ах ты, ух ты. Обиделся. Ну и пёс с тобой, буду спать.

Где-то вдалеке жалобно пропищал ночной зверёк. Упала с лёгким шорохом ветка. Плеснула рыба в озере. Почему, когда жизненно необходимо спать, заснуть прямо-таки невозможно?!

– Арин!

– У-у?

– А ты расскажешь?

– А может, ты всё-таки обойдёшься?

– Злыдня! Ну и сиди со своими видениями!

– Ах так?! И буду! Слова из меня не вытянешь!

– Очень нужно! Чтоб какая-то ведьма…

– Я – ведьма?! Мертвец ходячий! Правильно она тебя замуровала! С таким поганым нравом – туда и дорога!

– Кто – она? – вдруг почти спокойно спросил меня Страж.

Я остыла и обнаружила, что мы уже не лежим, а сидим, чуть ли не упираясь друг в дружку упрямыми лбами.

– Да Жрица твоя, – проворчала я почти мирно.

Добился ведь своего! И без всякой магии. Махнув рукой, я выложила всё, что знала. Об отданном в Храм Душ мальчике, что рос вместе с будущей Верховной Жрицей. О бурном времени войны между Храмами, войны, развязанной родными сёстрами. И о той минуте, когда Эрия предпочла спрятать своего Стража – убоявшись пророчеств, но более всего надеясь, что стёртая под воздействием заклинания память позволит ей снова попытаться смягчить суровое сердце.

При упоминании «сурового сердца» Рэй скривился, словно уксуса хватил. Фыркнул с отвращением.

– Сколько усилий – и ради чего!

– Зря ты так. Посмотри – почти все последние войны вызваны этим самым «чего». Достопочтенный лорд Маргок ради своей невесты Лойи сражался почти девять лет. Инея враждовала с Эрлингом по вине Вaрга, ревновавшего свою супругу к молодому и галантному принцу. А Великая война Норла? Разве не Римeйна, обычная и не особо привлекательная девушка, вызвала бурю, бушевавшую полвека? Пока и она сама, и боготворивший её маг не пали жертвами той войны?