Рэй хмуро посмотрел на меня и отвернулся. Обиделся, что ли?

– Как скоро мы их нагоним? – быстро спросил Орри, переводя разговор на более животрепещущую тему.

Я задумалась, считая в уме.

– Часов за шесть.

«Только что мы будем делать, когда их нагоним? – подумала без оптимизма. – Драться? Втроём против двадцати одного, среди которых опытный маг, профессиональные воины и итлунги?»

– До Тропы далеко? – опять задал вопрос сын Дирина.

Мне ужасно захотелось разыграть его, ответив – часа два пути, а потом топать рядом и любоваться, как он усердно пыхтит. Не позволила Неда: однажды она запретила мне издеваться над непосвящёнными. Потому я честно ответила:

– На Тропу можно выйти в любом месте Леса, достаточно отойти подальше от края. Нужно только знать как.

– Но почему тогда… – ахнул итлунг.

– Их назвали Тропами?

Он кивнул, жадно глядя мне в рот.

– Леший его знает, – беззаботно ответила я. – Может, маги перестарались, доказывая свою значимость, может, люди обозвали для удобства. Тропы и Тропы.

– А лошади по ним пройдут?

Я улыбнулась.

– Ещё как!

Моя Орлика обожала гулять по Тропам. Простор, тёплый ветерок, сухая ровная поверхность под копытами. Скачи в любую сторону – никаких препятствий. Красота! К тому же лошади на Тропах устают меньше, чем люди. Человек после пары часов пребывания на Тропе выглядит так, словно день копал не разгибаясь. Орлика сходила в реальный мир свежая как огурчик.

До Леса мы доехали молча, да и что там было ехать. Вступили под его своды торжественно и гордо. Даже кони чинно ставили копыта между кочками тоцу, мягко пружинящего мха, бело-розового, кружевного и пышного, будто жабо щёголя. Другой ползучий мох, верлeна, изящно вплетался в это воздушное кружево тёмно-коричневой искрящейся нитью. Стволы грондeри, ровные, словно колонны храма, уносились высоко вверх, так, что не хватало взгляда. Бордовая орфа раскинула блестящие резные листья с глянцевой каплей-цветком посередине. Душистые грозди илуи голубыми водопадами свисали до земли.

Я глянула на своих спутников. Орри, как и ожидала, вовсю озирался по сторонам и благоговейно глазел на это великолепие. Конечно, когда же наследному лорду среди его великих забот выбираться в Лес! Я украдкой вздохнула. Правители Авендума не знают о своём мире почти ничего, не мудрено, что все они жалуются на тяжесть бремени власти.

Переведя взгляд на Рэя, насторожилась. По контрасту с Орри он выглядел слишком безразличным, даже пресыщенным. Равнодушно глядел перед собой, а на грондери обращал внимание только тогда, когда они преграждали ему путь. Словно Лес надоел ему до тошноты. Такое поведение свидетельствовало либо о притворстве (но, честно говоря, хмурый телохранитель не походил на любителя покрасоваться), либо о близком знакомстве с Лесом, что меня крайне заинтересовало.

Не удержавшись я спросила:

– Недолюбливаешь всё это, Рэй?

Он угрюмо поглядел на меня исподлобья:

– Что – это?

– Лес. Подлинный Авендум. Тот, каким он был, пока не явились мы.

Рэй фыркнул.

– Лес как Лес. Мне что, каждый раз, входя в него, надо рассыпаться в восторге?!

– И часто входишь?

– Чаще, чем хотелось бы, – тут он, спохватившись, пристально посмотрел на меня и усмехнулся: – Это тоже магия?

– Что – это? – передразнила я его.

– Выведывать то, что тебе хочется, – он смотрел на меня с насмешливым прищуром колючих глаз, – вместо того чтобы спросить: «Насколько хорошо ты знаком с Лесом, Рэй?»

– Нет, это не магия, – хмыкнула я. – А ты ответил, если бы я спросила?

Ей-ей, он задумался.

– Наверно, я спросил бы в ответ, почему тебя это интересует, – произнёс наконец.

– Потому, что мы теперь связаны и должны представлять наши возможности, – серьёзно сказала я. – Я услышала, кто такой Орри, сколько ему лет, кто его родители, как он оказался в столь плачевном положении, к чему стремится и на что способен. Вам известно, что я дочь владетеля Мердена, сварливая старая дева, брюзга, маг и чту наши святыни. О тебе я не знаю ничего, Рэй, кроме того, что ты оказался в Мердене через день после того, как Керт Тропами доставил туда Орри из Эрлинга. Керт, по его собственному признанию, шёл чуть больше двух дней. Предположим, ты узнал об исчезновении наследника в день похищения. Следовательно, ты за три дня добрался из столицы в Скируэн. В существование столь быстроходных лошадей я не поверю.

На секунду мне показалось, что его глаза изменили цвет. Я отогнала наваждение, несомненно возникшее из-за игры бликов света на листьях орфы.

Он потёр щёку ребром ладони.

– Может, я тоже маг?

– Ага, маг, – мне стало смешно. – Рэй, я не новичок, тайком от наставника заучивший пару заклинаний. Я могу определить мага с завязанными глазами. В тебе нет магии. Скорее… антимагия. Тебя не берут заклятия. На тебе с необыкновенной скоростью заживают порезы. Мне продолжить?

Он мрачно вздохнул.

– А говоришь, что ничего обо мне не знаешь.

Орри отвлёкся на очередные великолепные цветы, обвившие подножие ствола. Я покосилась в его сторону и злорадно добавила:

– Единственное, что меня интересует, это стоит ли доверять твоей должности телохранителя.

– Ладно, – он дёрнул плечом, – слушай. Я привык ходить Тропами. Но вставать на них так и не научился, приходится прибегать к посторонней помощи. Орри я отыскал потому, что связан с ним заклятием Нити. Наложенным не мной. Организм мой способен восстанавливать повреждения. Свойство такое, врождённое. А как побочное – сама магия на меня не влияет. И я действительно предан Одри-ир-Рии, если ты это имела в виду. Что-нибудь ещё?