– Разве? Это же всё - твои фотографии? – Мужчина подошёл и встал рядом со мной.

– Угу… только… Тут не всё. Точнее не так… – Я снова задумчиво оглядел получившуюся последовательность. Шесть рядов по четыре-семь отпечатков. Вот не получается их по смыслу скомпоновать, хоть как крути - не получается. Вздохнув, поднял взгляд на собеседника и тут до меня дошло, где я и что делаю. – Оу, простите, Константин Фёдорович за эту инсталляцию! Я слегка потерялся в пространстве в процессе ожидания. Сейчас уберу.

– А это не в порту снято было? – Присел рядом мужчина и подобрал фотку контейнеров.

– Ага, с крана. – Кивнул я, собирая отпечатки в стопочку.

– И её ты тоже сам сделал? – В голосе Константина Фёдоровича послышалось тщательно скрываемое недоверие.

– Это было не так сложно, как казалось поначалу. Хотя, признаюсь, весьма опасно. Но двойная страховка мне помогла побороть страх. И, согласитесь, отлично же вышло?

– Да, есть в ней что-то такое. Но, будь ты моим сыном, я бы тебя за такое наказал.

– Ну, наказания я не избежал. – Вздохнув, посмотрел на мужчину и показал пустые руки. – Фотоаппарат отобрали.

– Хах! И только?

– Ну и ремня выдали, но это сущая мелочь. – Подобрал с пола пачку фотокарточек и победно воздел её вверх. – Искусство требует жертв! Кстати, я же вам, как и обещал, фотографии принёс. И у меня вопрос есть.

– Ну-ка, ну-ка? Что у тебя за вопрос такой? – Отдал мне фото мужчина и поднялся на ноги.

– Можно я вашу фотографию в свой фотоальбом вставлю? И Марии тоже?

– Можно. – Улыбнулся мужчина. – Интересно будет на него посмотреть. Покажешь?

– Конечно, Константин Фёдорович. Только пока не знаю, когда смогу его закончить. У меня тут, – кивнул на стопку фоток, что так и продолжал держать в руке, – где-то процентов шестьдесят, если по смыслу. Некоторые сюжеты зияют весьма ощутимыми дырами. А заполнить их я не могу. И не только по причине отсутствия фотоаппарата. Тут думать надо, придумывать. А это творческая работа… Вобщем, надеюсь, за год справлюсь.

– Ну, буду ждать завершения. – Улыбнулся он и потрепал меня по голове. – Вот, видишь, Михаил Семёныч, какие кадры у нас растут.

Только тут я заметил второго мужчину, стоящего в дверях и молча за нами наблюдающего. Невысокий, кряжистый, словно вырубленный из скалы. Слегка обветренное лицо, седые волосы и небольшой живот.

– Здравствуйте, Михаил Семёнович. – Я коротко кивнул ему. – Иван.

– Здравствуй, Ваня. – Кивнул тот в ответ. – Фотографией увлекаешься?

– В том числе. Хотите посмотреть? – Протянул ему отпечатки.

– От чего бы и нет? – Мужчина взял фотографии и принялся рассматривать. Я же добрался до портфеля и достал оттуда отложенные для Константина Фёдоровича отпечатки.

– Вот, как и обещал. С фотосессией пока, по вышеупомянутым причинам, придётся повременить. Но от своих слов я не отказываюсь, и, когда наказание закончится, мы к этому вопросу вернёмся.

– Хах, эк ты загнул! – Усмехнулся тот и вгляделся в свой портрет. – А хорошо получилось. Скажи, Михал Семёныч? – Константин Фёдорович протянул тому фотографию.

– Так это что, и правда он?.. – Кивнул на меня Михаил Семёнович.

– Да. Я бы, если бы сам в этом не участвовал, и не поверил. – Подтвердил Константин Фёдорович.

– Силён, силён малец. – Покивал Михаил Семёнович и показал фото из кабины вертолёта, летящего на бреющем над скалами. – И эту тоже сам?

– Угу. – Кивнул я. – Тут нет чужих фотографий.

– Ты прям как суперагент какой-то. – По-доброму усмехнулся Михаил Семёнович. – И на кран залез, и в кабину самолёта и вертолёта, и на капитанском мостике побывал, и в морозилку в порту залез, и с людьми интересными познакомился.

– Так весело же! Я бы и в космос слетал, да вот в ракету меня точно никто не пустит, в отличие от гражданского авиатранспорта. – Вздохнув, принял из рук мужчины отпечатки и передал их Константину Фёдоровичу, явно желающему рассмотреть их поближе. – Да, кстати, по поводу второго вопроса…

Телефон – зло, но зло необходимое. Через несколько дней мне домой позвонила Майка.

Два часа! Вы только вдумайтесь, два часа мы с ней болтали по телефону. За время разговора я, не особо напрягаясь, успел выполнить по три сотни приседаний и отжиманий. А девочка мне всё рассказывала, как провела неделю, что мы не виделись. Рассказала, как ходила гулять в лес одна, за что её наказали. Похвасталась, что залезла на настоящий боевой корабль. Пожаловалась, что не пустили на подлодку. Поныла, что ей не дают фотоаппарат. Поклянчила ещё её поснимать…