Вот только наступившее утро не принесло ничего хорошего, потому что уже изначально вырвало меня из сна, в котором впервые мне снился Алексей. И как я не пыталась снова уснуть, ничего не выходило. Только ещё сильнее разболелась голова.

— Чертовы птицы, как я вас ненавижу, — недовольно простонала я, направляясь в ванную. На часах был девятый час. Родители давно уехали на работу, поэтому я могла разгуливать по дому, в чем хочу, ничуть не переживая о том, что меня могут застукать.

Стоя в ванной перед зеркалом и смотря на своё заспанное и растрепанное отражение, снова вспомнила о Леше. Что бы он обо мне сказал, если бы сейчас увидел? Моё опухшее от слёз лицо оставляло желать лучшего. А выпирающие кости так и кричали о том, чтобы я перестала морить себя голодом.

Умывшись и скинув ночную рубашку, вышла из ванной в одних трусах. И, как ни странно, даже не смотря на то, что в душе до сих пор скребли кошки, почувствовала легкий голод, когда желудок недовольно проурчал. Направившись в кухню, включила чайник и принялась намазывать печенье маслом. Не скажу, что совсем ничего за эти дни не ела, просто обычно мой приём пищи сводился к минимуму: кусок сырка, запитый соком. Сегодня же, вспоминая своё вчерашнее обещание папе, я съела целых три печенья и выпила полную кружку чая с молоком, отчего почувствовала себя пусть немного, но все-таки лучше.

Когда завтрак был завершен, решила, что пора одеться, но не успела дойти до спальни, как услышала шорох в прихожей. Замерев на месте, прислушалась. Но ничего больше не услышав, решила, что мне показалась и спокойно вошла в комнату. Достав из шкафа майку, принялась натягивать её на себя и, когда одежда оказалась на мне, боковым зрением заметила справа какое-то движение. Вздрогнув, резко обернулась и опешила.

— Привет.

В дверях стоял Алексей. В руках букет роз, на лице хмурая ухмылка. Выглядел, как после тяжёлого рабочего дня. Вместо привычных рубашки и брюк — чёрная футболка и джинсы. Но даже это не делало его другим. Он по-прежнему оставался моим самым любимым мужчиной в мире.

— Леша, — не веря своим глазам, я за одну секунду преодолела разделяющее нас расстояние и, заключив его в объятия, заплакала. — родной мой, где ты был? Я так переживала. Души на месте не было. Думала, что больше никогда тебя увижу.

Приобняв меня в ответ, он дал возможность выплакаться и, только когда слёзы закончились, отстранился и тихонько ответил:

— Не делай больше так. И тогда все будет хорошо.

— Прости меня, Леш. Я просто испугалась. Я…

— Не говори ничего. У меня было время все обдумать. И я принял решение.

— Какое? — почему-то мне совсем не нравился его серьёзный тон. Всматриваясь в непроницаемые синие глаза, я жалела об одном, что не умею читать мысли.

— Я понял, что люблю тебя и не хочу терять. Поэтому, — Боже мой, неужели это правда происходило со мной. После такой морально тяжёлой недели, когда я думала, что на наших отношениях можно ставить крест, он не просто появляется на пороге моей спальни, но ещё впервые признаётся в своей любви. Глаза заблестели от непролитых слез. Только теперь они были от не передаваемого счастья, которое накрывало с головой. — решил, что это будет единственно верным решением.

Положив букет на кровать, Алексей достал из заднего кармана джинс маленькую красную коробочку в виде розы и, открыв её, продолжил:

— Воскресенская Алевтина Сергеевна, вы станете моей женой?

От неожиданности и удивления я потеряла дар речи. Хлопая ресницами, смотрела на него широко раскрытыми глазами и не верила своим ушам. О таком я даже не мечтала. Но это случилось. Это действительно было правдой. Реальностью. И сейчас от моего ответа зависела наша с ним судьба.

— Да, милый, да, — повиснув у него на шее, стала целовать родное лицо, чувствуя, как его руки обнимают меня за плечи. — Я тоже люблю тебя. Так сильно люблю, что дышать становится трудно, когда тебя нет рядом.

— Доверяй мне, маленькая. Просто доверяй. — Эти слова он выдохнул мне в самые губы. И, когда я увидела потемневший от желания взгляд, который ещё неделю назад испугал меня своим дьявольским блеском, наконец-то вспомнила, что стою перед ним в одних кружевных трусиках и майке, через которую проступают ореолы затвердевших сосков. Первым порывом было отскочить, но вовремя вспомнив, чем это закончилось в прошлый раз, переборола свой страх и осталась стоять на месте. — Я не сделаю тебе больно. Обещаю.

Его нежные пальцы проскользнули от плеч к ладонями, отчего тело покрылось мурашками. Подняв мои руки над головой, он стянул с меня майку и, сделав шаг назад, посмотрел на маленькую грудь. Я готова была поклясться, что увидела, как загорелись его глаза. Как дрогнул кадык. И участилось дыхание. Смутившись, попыталась прикрыться, но уже в следующую секунду, Алексей прижал меня к себе и, выдохнув в губы:

— Не стесняйся, маленькая. Ты прекрасна, — впился в них изголодавшимся поцелуем.

Трудно было расслабиться, когда впервые в жизни стояла перед мужчиной почти обнажённой. Его руки без малейшего смущения ласкали податливое тело, а губы обжигали горячим дыханием лицо и шею. Он не был нежен. Все его движения были резкими. И не успевала я привыкнуть к новым ощущениям, как его руки сместились с груди на поясницу, а потом к ягодицам, прижимая их к своему паху. Запрокинув голову назад, прикрыла глаза и попыталась сосредоточиться на поцелуях, но уже в следующую секунду оказалась развернутой к нему спиной и прижатой к стенке.