– Релаксация?
– встревожилась девушка.
– Чем она грозит?

– Извините, это значит - ослабление напряжения.
– И тут только я разглядел ее. Эффектна!
– Как вас зовут?

– Матрена...
– прошептала она.

Я чуть не выронил баул. Хоть убей, не подходило это имя к соломенноволосой, сероглазой, причудливо одетой девушке в новейшей суперсинтетике.

Тут гудронированное шоссе кончилось, дальше была грунтовая глинистая дорога. Я поспешно повернул назад.

Гудронированное шоссе исчезло.

– Кажется, мы попали в переплет, дорогая Матрена!

– Чем он опасен?
– озабоченно поинтересовалась она, тряхнув соломенными волосами. И - восхищенно: - Как вы можете без отдыха нести такой тяжелый груз? Руку еще не вывернули? У вас в Трансмигранте все - такие силачи?

Вот тут я почувствовал тяжесть баула, пальцы бессильно разжались. Как будто ветровая энергия, побуждающая к движению, иссякла. Матрена хихикнула. Я вытер платком вспотевший лоб.

Похолодало. Пошел мелкий снег.

– Послушайте, откуда вы знаете, что я работаю в Трансмигранте? Впрочем, это уже не важно. Скажите ваше настоящее имя!
– Хотя я уже знал, кто это.

– А вы не догадались?
– она стерла с лица грим и сняла парик.

Нина. Однако! На Вокзал Времени, допустим, проходим по спецразрешению, но на полосу, чего ради ее потянуло?

– Я не могла смотреть, как вы, Николай Борисович, мешали работать Васе. Все сманивали на какую-то Сплюснутую Галактику. Вася стал сам не свой. И я решилась - освободить его от вас. Сберечь для общества великий математический талант моего брата.

– Ерунда! Через день-два мы вернемся к себе, я уже бывал в таких переделках. Опыт у меня есть.

– О нет! Теперь ничто вам не поможет!
– Она показала на баул.

– Вы хотите сказать...
– "Спокойствие, выдержка", - говорил я себе. Так и есть: портативный хроноскоп, академический. Но стрелка индикатора на нуле.

– Я за вами следила. Когда вы подбежали ко мне, я рванула ручку куда-то далеко в прошлое, а потом вернула на нуль.

– Потрясающе!
– "Спокойствие", - убеждал я себя.

– Я даже не знаю, в какое время мы попали, забыла посмотреть!
– Она разрыдалась. Слезы смывали тушь с ресниц и траурными полосами прочерчивали лицо.
– Это все из-за вас забыла посмотреть. От злости!

И смех и грех. А у меня даже злости на нее не было: устал, таская баул. Вот женская логика: сама совершила глупость, а обвиняет меня. Выход, конечно, был, я никогда не расставался с личным микрохроноскопом. Только нужно точно установить время, в которое мы попали: век, год, месяц.

– Хорошо хоть Васеньку от вас оградила...

Хоть мне и жаль было ее, я не удержался от парфянской стрелы:

– Хлопоты ваши, дорогая Нина, напрасны. И жертва - бесполезна. Подписал Вася Христоперский контракт!

– Господи!
– Она закрыла лицо ладонями. Как будто по стеклу ногтем скребнула - опять старомодный оборот.

По заданию Трансмигранта несколько раз путешествовал я в прошлое, но всегда в четко установленное время и после специальной подготовки. Сейчас я чувствовал себя несколько не в своей тарелке. А каково Нине? Мне, в общем, все-таки привычно.

Наступила темнота, снег прекратился, усиливался мороз.

– Идемте, Нина! Надо искать жилье. Замерзнуть можно.

Мы пробирались через лес, сыпался с веток снег. На опушке леса осмотрелись. Неподалеку было селение.

– Я схожу в поселок, Нина, разузнаю, а вы пока спрячьтесь вон там в кустах.

Не успел я отойти и ста шагов, как Нина закричала:

– Николай Борисович!

Увязая в снегу, я побежал назад.

Несколько человек в красных кафтанах окружили Нину, она вырывалась и звала меня на помощь.

Сзади хрустнула ветка, меня ударили по голове, и я упал.

СМУТНОЕ ВРЕМЯ

Тысячелетия существовало человечество, и тысячелетия не знал человек своего организма. Человек постиг механическое свойства своего тела и на их основе создал сотни приспособлений, облегчающих труд, начиная от рычага и кончая подъемным краном. Но он даже не подозревал о могучих возможностях, которые подспудно таились в нем: в его собственном мозгу.

Физиологи установили, что природа при создании человека шла по пути чрезвычайной экономии, приспособив для выполнения различных функций одни и те же органы. К примеру, она совместила органы деторождения с органами отброса почечной деятельности. Очень экономно! Тогда почему природа оказалась вдруг безумно щедрой, задействовав для работы всего десять пятнадцать процентов мозговых клеток, а остальные обрекла на безделье. Запас? Но для чего нужен такой огромный, не функционирующий запас?