Ксюша задумалась. Стоило ли говорить лычке всю правду прямо сейчас? Вдруг она не захочет ей помогать и даже ружья больше не испугается? Да, недомолвки могут навредить делу Ксюши, но и сразу вываливать всё на бандитку – опасно. Лучше сообщать ей задуманное по чуть-чуть.

– Тебе чё, Дин, крышака какого подрезать надо чё ль? – даже заинтересовалась Нели. – Из Скорбных чё ль, иль из Карги?.. А-а, из Скиперских! За хвостовину свою отыграться, когда полхаты тебе на башку обвалили, а потом отмохратили хором?

– Ты-то откуда знаешь? Никто в магазине не уцелел! – взбеленилась Ксюша. Лычка с удовольствием растеклась перед ней в желтозубой улыбке.

– Не, пара пацанов, кто на шухере цинковал, от тя лопанулись. Вот они загонам и крышаку на своей Каланче про Динку и прозвонили, мол, братва тебя опустила, да пока в очередь пялили, ты из их хапалок выломилась, и всех Скиперских пережарила.

– Ложь! Я их сразу сожгла, они и сделать-то со мной ничего не успели, только по ноге стукнули, да и вообще… вообще! – задохнулась Ксюша, не зная, на что бы наброситься. – Какая я тебе Динка! Это что за погоняло такое!

– Твоё погоняло, в натуре, – не повела бровью лычка. – Динка, Динамо.

– Чего ещё за Динамо!

– А ты сама домозгуй, зажигалочка… Так чё, какой резон у тебя до крышаков?

Они как будто поменялись местами и вопросы теперь задавала бандитка. Ксюша уняла свои возмущение и гнев, чтобы не раскрыть в сердцах всё.

– Есть ли в городе место, куда вам бандитам нельзя?

– Не-а, – слёту ответила лычка. Вот лгунья! Загоны до сих пор боялись соваться в квартал Саши и котловину.

– Ты не ломай понты, а подумай, – осторожно выразилась Ксюша вполне по-бандитски – как она думала. – Вспомни, куда загонщикам дорога заказана, и куда они не могут войти. Тогда и поймёшь, что мне нужно.

Нели поморщила лоб. Похоже, она не слишком любила загадки. Может, на Каланче темнить – вовсе не принято? Но уж очень прозрачно Ксюша ей намекала, и лычка наконец поняла.

– Ты про Башню базаришь чё ли? – вскинула лычка глаза и протараторила, будто считалочку. – Кто на Башню пойдёт, того Чёрт зашибёт; на рогах у него пулемёт; к Чёрту сунься – пришьёт.

– Это не рога, это турели. Часто вы… ломились на Башню?

– Каждый крышак быковал. А ещё по сходняку забивались бывало всеми бригадами лезть, да от пуль хер увернёшься, – Нели боком и с большим подозрением посмотрела на Ксюшу.

– Слышь, Дина, а тебе чё за резон к Чёрту на рога лезть? Ты ж в Башне прописная, не?

– А тебе какие резоны большуху умасливать? Внутри Башни запасов в сто тысяч раз больше, чем на этой кухне в шкафу – вот о чём лучше подумай. И для всех Башня закрыта, кроме меня одной.

Ксюша наклонилась вперёд, словно между ними шла доверительная беседа. Но лычка слушала её без особого азарта.

– Закрыта, потому что там Чёрт сидит – он зажал себе все запасы, и сдохнет, а не проест. И там не только еда, но и жильё, и вода чистая, и машины, и топливо – всё, что вам хочется. Разве по справедливости, что всем владеет один человек, пока вы крыс да ворон дожираете, и мёрзнете в старом рванье?..

– Красиво пишешь, – оборвала её лычка. – Носим поношенное, да тырим брошенное, ё-ма-на! И про хавку я, думашь, не просекаю? Башня крышаков ещё старых, при Сером пацанчике, жрачкой подогревала, это щас с вашей ни крошки не падает, вот и лезем на Чёрта, как за своим.

Бандиты нападают на Башню, потому что Кощей перестал им помогать? Когда это он вообще помогал бандитам! Но Нелли сказала: при Серых и помогал. То есть, во времена Максима – лет двадцать назад… Получается, что бандиты тоже ходили с Ордой, но теперь Кощей презирает их и кормить их не хочет. Но почему он тогда кутышам ничем не помогает? Или помогает, но врёт? Или лычка врёт? Никому нельзя доверять. Похоже, что и Нели не доверяла ей.

– Ты за сладкую житуху мне не намазывай. Житуха сладкая – для фуцанов, а крышаки на рога к Чёрту ползут за Посвистами. Башня Посвисты им подкинула за Орду – четыре осталось всего, и коли эти четыре просрём, так с голодухи не тока Центр скопытится, но и закутышки хвоста кинут; с волн ведь наших робасят.

Нели смотрела на Ксюшу, как будто видела её насковзь.

– Тебе-то какой резон загонов в Башню прошить? За «справедливое» топишь? Да не воняй, ё-ма-на! Кто за «справедливое» топит, тот на цепуру людёв не сажат! – Нели со звоном потрясла своей цепью. – Чё те нада, Ксюх, коли Башню твою прессанём? Ты за какие-такие интересы бодягу-то мутишь?

Нет, всё-таки Ксюше исключительно повезло! Лычка раньше жила с крышаками, и знала все порядки бандитов: на что те согласятся, а на что никогда не пойдут. Нели выучила всю Каланчу сверху донизу, ведь сама на одной из таких Каланчей верховодила. Она не поверила красивым россказням Ксюши о вкусной пище и о тёплых квартирах, которые могли соблазнить любого доверчивого закутыша. Нели оказалась гораздо умнее и проницательнее всех кутышей, каких Ксюша встречала… она чем-то напоминала ей росомаху – с такой же многоцветной шкурой и хищническими повадками. Значит, Нели тем более не стоило посвящать во все тонкости их личной размолвки с Кощеем.