– Король объявил, что новую пленницу буду допрашивать я.

Рыцарь кивнул двум другим, которые тотчас вытянулись в струнку и приготовились войти в казематы вместе с ним.

– В казематы я пойду один. Женщина сильнее испугается, если буду только я.

Металлические солдаты явно смутились. Они посмотрели друг на друга и на того, кто дал им команду. Порой Абрахас гадал, не роятся ли внутри некоторых из них настоящие мысли. Сейчас у дыма в оловянных телах появилось намерение – не доверять Абрахасу ни на секунду.

Тем не менее Рыцарь уступил.

Дракон никогда не давал повода думать, что он может подвергнуть короля опасности. Все Рыцари знали, что король держит дракона в узде. Они знали про яйца. Они знали о безумии, тяготевшем над Абрахасом при каждом его движении: один неверный шаг, и все, что ему дорого в этой жизни, будет потеряно.

Кивнув Рыцарям, Абрахас отправился во мрак казематов. Он чувствовал, как петля затягивается на его шее – так далеко в своих планах он еще не заходил. Абрахас хотел сам поговорить с Лорэлией, отчасти из любопытства, отчасти потому что он был уверен, что другой допрашивающий сфабрикует дело, в результате которого Лорэлию точно отправят на съедение дракону.

Обитатели замка обожали зрелища драконьих трапез.

Некоторые узники подскакивали, завидев его, и тут же начинали прятаться. Все они знали Абрахаса только в драконьем обличье и не решались связываться с чудовищем, убившим столько им подобных.

Лорэлия ждала в одной из самых дальних камер. Она сжалась на полу и напоминала цветок, брошенный в грязь. Белокурые волосы, сегодня распущенные, волнами спускались на плечи. Красивое пузырящееся платье было испачкано и порвано.

– С тобой плохо обращались, – прорычал Абрахас. – Будто ты в самом деле преступница.

Услышав его голос, Лорэлия испуганно подняла голову. Кажется, у нее перехватило дыхание? Кажется, она подалась вперед, будто желала подойти к нему?

Нет, это только его воображение. Они не были близко знакомы, и у Лорэлии нет никаких причин ему доверять.

– Абрахас, что вы делаете в казематах? – спросила она, облизав потрескавшиеся губы.

– Допрашиваю тебя.

Абрахас начал искать стул, который, насколько он знал, был где-то рядом. Король посещал казематы во время пыток для собственного развлечения, поэтому в коридоре всегда стояли стулья.

Абрахас обнаружил стул с мягким сиденьем. Шелковая подушка, набитая гусиным пухом, не соответствовала этому темному сырому помещению. Однако она была и ждала того, кто удобно устроится, чтобы наблюдать страдания узников.

Лорэлия смотрела на него с неприкрытым отвращением. Наверное, Абрахас это заслужил: он работал на человека, который упрятал ее за решетку, и даже не попробовал предотвратить случившееся. Хотя она вряд ли подозревала, что Абрахас тоже был… там.

Она же видела, как он ушел? Лорэлия не должна винить его за то, в чем он не участвовал.

Проклятье. Ему снова придется врать, будто его не было в саду, но произошедшее он видел в мельчайших деталях.

К счастью, Лорэлия выручила. Ее голос наполнил тишину, он был как глоток прохладной воды после долгой охоты.

– Когда я была маленькая, мама говорила, что бояться нужно лишь тех, кто могущественнее тебя. Но если могущественные стоят в стороне, то и такие, как мы с вами, могут добиться перемен.

– Похоже, твоя мать – мудрая женщина.

– Да, была мудрой, – ответила Лорэлия, но не улыбнулась. И Абрахас понял, что эта история закончится плохо. – Она отдала жизнь за свою веру. До самого конца она считала, что у каждого должен быть шанс, вне зависимости от того, кто он и откуда.

Узник в соседней камере зашевелился. Он явно знал лучшие дни: его рога покрылись мхом, тело обвисло от старости и недоедания. Но он поднял голову и сосредоточил внимание на девушке, вещающей из клетки, будто слова Лорэлии имели смысл.

Абрахас кивнул.

– Твоя мать высказалась очень достойно, только вряд ли ты увидишь такую жизнь при нынешнем короле.

Когда Лора кивнула ему в ответ, ее лицо выражало злость.

– Проблема именно в этом, не так ли?

– Ты не должна признаваться мне, что пособничаешь Сопротивлению. – Тело Абрахаса покрылось холодным потом, и он понял, что этот момент навсегда изменит его жизнь. – Мне придется передать твои слова королю, и он велит казнить тебя на глазах у остальных невест.

– А если вы не доложите ему? – Лора перехватила взгляд Абрахаса со свирепостью старого воина, повидавшего слишком много битв. – А если вы прислушаетесь к моим словам? Если прислушаетесь к магическим существам, которые преклонили головы и согнули спины в поклоне, надеясь, что люди оставят их в покое?

Узник с замшелыми рогами подтащился ближе к ее камере. Абрахас не без ужаса наблюдал, как узник тянется через прутья решетки, как вялая рука скользит по полу ладонью вверх. Его ногти были толще древесных корней.