– Тогда у тебя не будет времени, чтобы помогать мне!

Вот это эгоизм, я понимаю. Вместо того, чтобы порадоваться, что её якобы подругу посчитали достойной работы в деканате, да ещё на третьем курсе, – хотя обычно берут выпускников – она переживает за себя. Нахалка.

– Успокойся. – Я отпихнула её рукой и вынудила сесть на место. – Ещё ничего не ясно.

– Нинка!

– Внимание, бездельники! Эта тема будет на контрольной. Если хотите получить больше материала, то в библиотеке… – Голос Анны Петровны вытравил все сомнения и я погрузилась в учёбу.

Время тянулось медленно. Иногда мне казалось, что оно специально застывает между сейчас и через минуту, чтобы поиздеваться над моей хрупкой психикой. Хотя, конечно, нельзя было сказать, что время нарочно так действует. Ведь у времени, как и у некоторых современных людей, не было и не могло быть воли.

Вот Ирке, например, однозначно не хватало не только силы воли, но и мозгов. И нет, она не была тупой, как считала сама. Просто не умела ими как следует пользоваться.

Несмотря на деньги, которыми направо и налево разбрасывалась Фетисова, и даже на изредка прилагаемые усилия, она оставалась в самом хвосте успеваемости.

– Ну ты и гадина! – Ира догнала меня у столовки и преградила путь. – Я ведь просила не соглашаться!

– Во-первых, не просила, а требовала. – Я поднырнула под её руку и распахнула дверь. – Во-вторых, у меня просто не было выбора. Условия, которые озвучила Анна Петровна, подходили мне лучше всего. Заметь, я не отказывалась от сказанных ранее слов о помощи тебе, но ты отчего-то решила, что моё согласие на подработку автоматически разрывает нашу договорённость. Скажи мне, Ир: Я когда-нибудь обманывала тебя? Хотя бы раз не выполнила обещанного?

– Н-нет. – Она вошла следом и не смотря по сторонам, двинулась в сторону раздаточной. – Но ведь!

– Это моё дело. – Я грохнула поднос на полозья и повернулась к холодильнику. – Я всегда держу слово. Ты уже решила, что именно будешь делать? Кроме той гадости, – поспешила добавить я, чтобы у неё не возникло желания повторить.

– Не решила. – Ира отбросила за спину рыжие локоны – и когда она только успевает их крутить? – и взяла себе овощной салат. – Хотела с тобой посоветоваться.

Надо же.

А раньше моё мнение не пользовалось популярностью. Но я не стала язвить и тихо пошла дальше.

– Для начала, ты должна решить: хочешь оставаться в универе или нет.

– Хочу! – шикнула она мне в спину.

– Именно в этом? Ты же понимаешь, что Тоша никуда не денется?

– Понимаю. – Ирка вздохнула и призналась: – Но тяжелее будет и вовсе его не видеть.

– Тогда ты должна взять себя в руки и начать учиться. – Я оплатила обед и пошла к свободному столику. Дождавшись, когда она сядет рядом, я отломила кусок хлеба и продолжила: – Если он не будет тебя покрывать, то остаётся только учиться. И я не буду делать это за тебя.

– Н-но…

– Нет. Чтобы доказать отцу, что ты не тупая и чего-то стоишь, ты должна поднять оценки своими силами, понятно? Да и нет у меня желание выполнять двойную работу ради твоего диплома.

– Злюка.

– Рациональная.

– Бессердечная.

– Какая есть.

Я пожала плечами и прикинула, что если всё сложится удачно, то в моём резюме окажется ещё одна достойная надпись. Всё-таки вырвать со дна вечную двоечницу стоит немалых надбавок за репетиторство.

К концу пар мы условились заниматься трижды в неделю по два часа. Где я их возьму и чем придётся пожертвовать я ещё не думала, но видя страдания отца – поняла, что не могу оставаться в стороне от семейного бюджета.

А щедрость и недалёкость Фетисовой мне только на руку.

Когда подошло время идти на новую подработку, я покидала вещи в рюкзак и подпрыгивая, побежала в сторону деканата. Я не врала об особых условиях работы. Голод взяла с меня слово, что я буду выкладываться по полной, ибо на кону стояла её репутация. На вопрос отчего на должность помощника секретаря была выбрана именно я, а не выпускник, Анна Петровна ушла от ответа.

Мне это не понравилось, но вникать дальше я не стала. Просто решила плыть по течению.

– Здравствуйте. – Я вошла в кабинет и улыбнулась. – Мне сказали, что с сегодняшнего дня я буду здесь помогать.

– О-о-о. – Низенькая толстушка, первый секретарь декана, хрустнула печеньем и громко отхлебнула из кружки. – Ещё одна жертва репрессий Тоши.

– А? – Я остановилась на полдороги и сглотнула. – Вы о чём?

– Говорю, что рада тебя видеть, надежда всея факультета и кафедры, – хмыкнула Юлия Сергеевна, вытаскивая из пачки новое печенье. – Твоё место будет здесь. – Она указала на стол в самом углу комнаты, заваленный бумагами и папками. – Пока вникаешь в работу, можешь спрашивать обо всём, что непонятно. Но через три дня, я надеюсь, что ты уже вольёшься.