Кларисса не знала, что и сказать. Отказываться было просто глупо, так как Веймар в чем-то прав. Но после тренировки и соображать-то уже не было сил. Внутренний голос просил немедленно согласиться и устремиться в перспективное будущее. Два раза таких предложений в жизни не поступает. Но, в тоже время, что-то подсказывало — здесь есть подводные камни.

— Можешь не давать ответа сейчас, — не настаивал привратник, разглядев задумчивость Клариссы. — Есть ещё три-четыре дня. Подумай. Но только Авилине ни слова об этом, договорились?

— Хорошо, — сразу согласилась она, чтобы не казаться слишком уж нерешительной.

Но всё же решила спросить:

— А почему ей нельзя говорить?

— Принц Освальд хочет, чтобы как можно меньше людей знало об этом. А Авилина у нас та ещё болтушка, ты же знаешь. Могут пойти слухи, а это для меня ничем хорошим не закончится.

Кларисса кивнула. Уж она-то умела держать язык за зубами, если нужно. В детстве она занимались с личным наставником, развивающим дар предвестника. Спокойный и приятный в общении, он часто хвалил за трудолюбие, а ей было в радость обучаться. Она догадывалась, что занятия стоили немалых денег, но в конечном итоге это принесло свои плоды. Наставник не просто обучил пользоваться даром, и помог его развить, но и объяснил, как разбираться в людях и, помимо распознавания лжи, правильно различать скрытые людские переживания.

Привратник, вновь взглянувший на Авилину, никак не изменился в лице, но возникшая на мгновение ненависть внутри, говорила сама за себя. Не просто неприязнь, а настоящая, искренняя ненависть. Зверь, которого он держал на цепи в самых потаенных уголках разума, на мгновение поднял голову и обнажил клыки. Где-то в глубине души привратник искренне желал навредить принцессе, но это намерение появилось так же быстро, как и угасло. Кларисса даже подумала посоветовать Ави быть осторожней с ним, но, в конце концов, не её это было дело.

Задержав взгляд на объекте своей ненависти, Веймар всё же заговорил о ней:

— Я с самого детства лично учил её драться, она говорила?

Кларисса молча кивнула.

— Мать просила быть построже. Считала, надо бы выбить из девочки всю дурь и весь мягкосердечный характер. Принц Освальд в эти дела особо не лез, но и палку не давал перегибать. Всё же, думаю я достаточно хорошо её обучил, просто не хочу давать послаблений, вот и все. К тому же, владение оружием надо периодически оттачивать, чтобы не потерять сноровку. Да и, честно говоря, я слегка волнуюсь. Если принцесса не сдаст экзамены по боевой подготовке, это будет и моим личным провалом. Так что идея на счет дополнительных занятий была моей. Только Авилине ни слова.

— Буду молчать, — пообещала Кларисса.

— А тебя кто учил сражаться?

— Мама, — с гордостью ответила она, переведя дух. — Ну и я сама много тренировалась. Тоже с детства.

— Она дева Палеонесса?

— Нет, — как можно более непринужденно сказал Кларисса. — Нет, она… обычный работник в ратуше.

Привратник Веймар лишь усмехнулся, будто почуял наглую ложь. И правда, как-то не особо вязалось домашнее обучение с оружием и работа в ратуше. Но привратник не стал ничего уточнять и продолжил рассказывать:

— Я помню, Авилина в детстве тренировалась за радость, не то, что сейчас. Приступала к занятиям с упорством и отдачей, но со временем её пыл постепенно иссяк. Родители стали реже появляться дома. Мать больше занималась внешней политикой Палеонесса, а отец пропадал на собраниях и политических переговорах. И тренировки превратились в какую-то рутину. Одно время Авилина хотела быть похожей на свою маму. Но это прошло. Все-таки она благословлённая, как отец, а таким опасность не грозит, даже в наше непростое время. Хотя, как говорится: воля к жизни определяет саму жизнь. Слышала такую поговорку?

Кларисса отрицательно покачала головой.

— Могу рассказать, как я о ней на днях вспомнил. В начале этого года было серьёзное восстание в странах великого Беренгарского союза, и лидер этого восстания был благословлённым. А в итоге его убил обычный человек — светоносная дева Альферия.

— Надо же, — изумилась Кларисса. — И кто эта Светоносная дева?

На это привратник лишь усмехнулся.

— Это мать Авилины.

Намучившись с манекеном, принцесса присела рядом с деревянным мечом в руке, не дождавшись команды от привратника. Она изрядно вымоталась и пыталась восстановить дыхание. Но даже это не мешало встрять в разговор:

— Что обсуждаете?

— Поговорки, — сухо ответил Веймар. — Ты закончила я вижу? Отдышись.

— Да, закончила. А как вам такая: за благословленным смерть по пятам ходит, да на других посматривает? Папа раньше любил её говорить.

Веймар встал со скамьи и, скрестив руки на груди, сказал:

— Ну, по моему мнению, на звание девы ты пока претендуешь с натяжкой. Всё-таки, в этом году довольно сильные группы. И поэтому нельзя расслабляться ни в коем случае и нужно тренироваться вплоть до самого отбора. Сейчас немного передохни, Авилина, а затем давайте посмотрим, что вы можете противопоставить друг другу в тренировочном бою. И закончим на сегодня.