– Ну-ну! Поднимись, Клорин, – привстал Дариус и сам помог ему встать. – Как же я могу казнить своего воина за свою же ошибку? Разве такое достойно короля?

Клорин едва сдерживал влагу в глазах. Пусть он и убийца, мясник, но ведь сам наместник обращается с ним подобным образом! Как его сердце может не изливаться радостью, а глаза слезами? Он склонился еще раз.

– Благодарю вас за доброту, ваша светлость!

Дариус кивнул и с улыбкой произнес:

– Насчет задания. Убейте Эльзу Ванштейн, но не допустите утечки информации. Лэнделл не должен догадаться, что это моих рук дело. Если будет стоять выбор между вашим раскрытием или выполнением задания, то не допусти ошибку.

– Как прикажете, ваша светлость.

Над Нефердорсом ярко светила луна. Таинственная, молочная, подобно жирной белой кляксе на ночном полотне, тем не менее свет ее манил, будоражил. Алые глаза бесенка не решались смотреть на что-то еще на неоглядном черно-синем небе. Красавица луна забрала всё внимание.

– Странный ты, – пробубнил Зархан, перевернувшись на другой бок и взглянув на демона. – Уже час смотришь в окно на этот шар. Что в нём такого?

– Следишь за мной? – Аполлон, ухмыльнувшись, так и не отвел взгляда от ночного светила.

– Подглядываю немножко. Вдруг ты превратишься в пихтиона и захочешь жрать… а рядом такой аппетитный зверочеловечек, – обнял наследник себя за плечи.

– Зархан, – уже серьезным тоном произнес бес, в алых глазах которого отражалось ночное светило, – я хочу прогуляться по ночному городу.

– Сдурел, что ли?! – оживился зверочеловек, приняв положение сидя. – Мы в стане врага, Аполлон, сунем нос наружу, и всё! Поймают. Я-то еще ладно… схож с людьми. А вот тебя, братишка, примут за какого-нибудь гоблина и прибьют на месте.

– Понимаю. Я всё это прекрасно понимаю. Но я хочу, – бес обернулся и посмотрел в глаза наследнику, – жить в страхе, в мире, где даже сон может убить… Я не хочу. Не хочу всё время бояться… Поэтому я решил, что выйду наружу, и если меня убьют, то так тому и быть.

Зархан вздохнул.

– Вот же странный демон попался на мою голову, – почесав за ухом, он привстал с дивана и тоже подошел к окну. – Харсис, и правда красиво… И куда пойдем?

– Тебе не нужно.

– Ну уж нет! Ты сам сказал, что мы – одна команда!

– Ладно… – сдался бесенок, ведь он впрямь так говорил. – Я бы хотел посмотреть на что-нибудь необычное…

– Необычное, значит, – почесал наследник свой колючий подбородок и через мгновение щелкнул пальцами. – Точно! Уверен, это место тебе понравится! – и бросился одеваться. – Поторопись! Если не хочешь быть остановлен нежитью!

– Угу!

Аполлон шустро подскочил к своим вещам и принялся застегивать старенькую кожаную куртку, поверх накинул затертый плащ с глубоким капюшоном, нырнул в сапоги, совсем не подходившие по размеру, и схватил тренировочный клинок. Зархан тоже закончил собираться. Всё это парни проделали буквально за минуту и направились на выход.

– Просто так ее не открыть, – объявил Зархан, притронувшись к ручке двери, – здесь магический барьер.

– Вылезем через окно? – предложил Аполлон.

– Нет. Это так не работает, – усмехнулся наследник тихо. – Но дядя Зархан тоже не дурак, – его взгляд стал сосредоточенным, а губы зашептали:

– Духи природы, на зов мой придите,

И двери чужие легко отворите.

Примите в оплату кровь,

А после явитесь вновь.

Он кольнул ногтем в подушечку большого пальца и поставил кровавый отпечаток.

Что-то произошло. Аполлон не мог объяснить – что, но почувствовал некое изменение, словно нечто, похожее на рябь, пробежалось по пространству и исчезло.

– Вот и всё. Идем, – отщелкнул наследник ручкой входной двери и вышел наружу.

Только Аполлон сделал шаг на улицу, как на его штанину бросилось черное пятно.

– Пи-и-и-и!

– М? – посмотрел бес вниз и увидел старую знакомую. – О, крыска!

Кусь!

– Ауч! Больно! – запрыгал бес на одной ноге.

– Тише, вы! – шикнул Зархан, глядя по сторонам – нет ли рядом стражи.

– Пи-пи-пи! Пи! Пи-пи! – тараторила возмущенная крыса.

– Не могла проникнуть из-за барьера, – прищурил взгляд Аполлон, произнося вслух ее возмущения. – Извини, но это не я поставил его, – поправил он тряпку, скрывавшую нижнюю часть лица.

– Пи?

– Точно-точно, – улыбнулся демонёнок.

– Пи-пи-пи? – прищурила она взгляд голубых глаз.

– Нет, я не хотел тебя оставить одну, – и погладил Пипишку по голове.

Погрызушка была немного напряжена, но вскоре выдохнула, словно утомленная аристократка, и, забравшись по предплечью Аполлона, уселась на его плече.