– И на этом! Спасибо! – наносил зверочеловек удары по воздуху. – Хотя видел я! Твой хрен! Как два моих! Нечестно!

– ?..

– Как два моих, говорю!

– Понял! Мне жаль!

– Забей! Для зверолюдей! У меня большой!

– Ага! Ясно!

«Зархан странный, – продолжал демонёнок махать мечом и сменять позиции, размышляя. – Такой откровенный. Или для этого мира это нормально?»

«Аполлон такой добряк! – выкладывался Зархан на полную. – Он слишком добр и воспитан для демона».

***

В это время на третьем уровне Нефердорса в белоснежном замке, возвышавшемся над остальными дворцами, велась беседа. За белым мраморным столом, украшенным фарфоровыми вазами с фруктами и широкими тарелками, переполненными заморскими сладостями, восседал Дариус Стоберг – наместник Нефердорса. Тонкие штаны и рубаха, сшитые из легкой, воздушной ткани, привезенной с юга – с самих земель эльфийского матриархата. Поверх – мантия из темно-бурого медведя, зачарованная от колющего оружия и стрел. Он не надевал ее специально – случайно попала под руку, всё-таки сейчас перед ним сидел не высший аристократ, не посол и даже не дипломат другого королевства, но всё же было приказано накрыть стол лучшими яствами и оказать гостю честь.

Человек снял капюшон, скрывавший верхнюю часть лица. На лбу и переносице глубокие шрамы, на виске огромная припалина. Взгляд карих глаз был остер, пронзителен, но спокоен.

– Ваша светлость, не стоило ради такого, как я… – раздался его голос, наполненный неловкостью.

– Клорин, всё нормально, – отмахнулся Дариус небрежно. – Лучше угощайся, торговцы вернулись с южных земель, виноград и вино выше всяких похвал, – и сам, показав пример, оторвал виноградинку с шикарной густой кисти.

Гость кивнул, постаравшись сделать это подобно высшему аристократу, и без суеты отпил из бокала вино.

– Превосходно, – расплылся Клорин в улыбке, испробовав фруктовый букет и ощутив легкое послевкусие сладости.

Дариус кивнул, и мужчины приступили к совместной трапезе.

Когда наместник отложил в сторону столовые приборы, обозначив тем самым, что окончил ужин, Клорин проделал то же самое, хотя в одной из его тарелок еще оставалась еда. Но есть перед наместником было бы слишком дурным тоном.

Дариус отпил вина и, поставив бокал на столешницу, состроил деловое лицо.

– Я позвал тебя не просто так, Клорин.

На что мужчина в ответ многозначительно кивнул, и сам это понимая. Клорин являлся командиром специальной группы убийц, именуемой «Арканиты», естественно, он понимал суть обстановки и данной встречи.

– Есть предположения, по какому поводу? – улыбнулся Дариус.

– Да, ваша светлость.

– Ну, так говори! – по-доброму усмехнулся наместник, погладив на пальце перстень с огромным сапфиром – старая привычка трогать кольцо при задумчивости.

– Как прикажете, – обозначил Клорин кивок и приступил к объяснению своих мыслей. – Есть несколько причин, по которым вы могли вызвать меня. Первая – обнаруженная в городе нежить. Вторая – ваш конфликт с Ванштейнами достиг точки невозврата. Третья – ликвидация неугодных.

Дариус улыбнулся.

– Вариант номер четыре. Хотя, ты прав и по остальным пунктам, – сказав, он отпил вино и поставил бокал на место.

– Тогда, какие указания? Ваша светлость.

Наместник достал из-под рукава мантии желтый сверток и передал его командиру арканитов. Тот аккуратно развернул бумагу и пробежался взглядом.

– Дочь Ванштейнов – Эльза. Это цель задания?

– Именно, – кивнул Дариус и улыбнулся так, что Клорину стало не по себе.

– Старый лис поступил опрометчиво, выпустив ее из гнезда. В наши времена опасность таится на каждом шагу, в каждом грязном переулке, – наместник медленно катал вино в бокале, разглядывая алую жидкость на дне. – И драгоценную птичку может легко съесть бродячая кошка. Скажи мне, Клорин, – перевел он взгляд на арканита, – твой отряд справится с Седым и его командой?

– Ваша светлость… – показалось неприкрытое возмущение на лице воина.

– Действительно. Конечно, справитесь. Какой глупый вопрос.

– Ваша светлость… я не это имел…

Наместник поднял ладонь, прервав его.

– Всё нормально. Нормально. Я сам сказал глупость.

Дариус всегда мог подкупить своих подчиненных добрым словом и простодушным поведением. Что сейчас и произошло – Клорин подорвался со стула и тут же упал на колени.

– Простите мою грубость! Ваша светлость! Позвольте наказать меня!