И всё же, девушка должна будет узнать.

— Гнусный дезертир… — прошипел Колонна.

Мысленно он решал, как должен поступить, чтобы не ударить в грязь лицом. Капитану было жизненно необходимо сохранить авторитет. Иначе все его карьеристские амбиции полетят в трубу. Хуже всего то, что в целом Флэй говорил правду.

Правду, резавшую Джакомо глаза. По приходу в Акрополь его снимут с должности. Низведут обратно в капралы — хорошо, если. А всё потому, что «Гидры», в сущности, больше нет.

— Я? Дезертир? О, нет, ублюдок! Дезертиры — Верховные! Все они!

Альдред озвучил поистине крамольную мысль.

— Петефи хотел навариться на чёрном нектаре. И Модрич позволил ему. Ты слышал, Джакомо? Твой любимчик обрёк весь Город на смерть! Он хуже глиста, возящегося в куче дерьма! Вонючий приспособленец! Точно такой же, как и ты…

Он был честен перед собой, перед Колонной, перед Светом и Тьмой. И ему это нравилось. Флэй уже чувствовал себя свободным. Однако же за своё право ещё стоило побороться. Буквально.

— С меня хватит! — взревел капитан, всплеснув руками. — Ренегаты не достойны Равновесного Мира. Убейте его! Никакой пощады!

Джакомо услышал достаточно и бесновался, потеряв полностью контроль над ситуацией. Персекуторы стояли там же, где и были. Капитана они попросту проигнорировали. Потому что сильный никогда не пойдёт за слабым.

Глава «Гидры» смотрел на тех, кем, казалось, ещё руководил. В его голову закралась шальная мысль: неужели эти трое так прикипели к ренегату? Как же так вышло, что его авторитет был втоптан в землю?

Увы, Джакомо просто знал их гораздо хуже, чем Альдред. Во время спецоперации на Клыках Колонна терял позиции, а Флэй — набирал. Для смутьяна Шатун оставался загадкой, но скорвену тот пришёлся по душе: достойный боец, стойкий. Заслуживает уважения. Тем более сейчас, когда гнул свою линию.

Застрельщицу с ренегатом связывала одна мечта на двоих, как ей казалось.

Нико увидел в нём друга, получив понимание, которое бы не дал капитан.

Всё просто. И в то же время сложно.

Командир был так опьянен яростью, что даже не понял: разум покинул его.

Морально Флэй победил его. Но физически…

— Подлые трусы, — прошипел Джакомо, открыто презирая подчинённых.

Никто не порвался выполнять приказ. Но и на него не нападал. Их Колонна решил трогать: без них далеко сам не уйдёт.

Он выступил вперёд, прохрипев:

— Я сам всё сделаю. Чисто и быстро.

Ему казалось, хватит одного взмаха Якорем, чтобы оборвать жизнь ренегата. Но смутьян спешил его расстроить, обнажив Прощальную Розу. По химериту змеился зелёный свет. Вот-вот столкнутся яд и кровь.

— И не надейся, — надменно бросил Альдред, указывая остриём на Джакомо.

Колонна остановился, не веря своим глазам. В тот момент он всеми фибрами души ненавидел Никколо Гараволью за болтливость. Если бы не алхимик, ренегат ни за что бы не прознал о новом металле.

— Будь ты проклят, Альдред Флэй! — завопил капитан и бросился в атаку, рыча.

Джакомо взмахнул дискармой. Предатель еле успел увернуться. Он видел, как за Якорем тянется шлейф алого света. Фанатик открыл торс. Ренегат перешёл в наступление.

Прощальную Розу встретил химеритовый месяц. Раздался звон. А за ним — свист несовместимых эфиров. Искры магии полетели в разные стороны. Персекуторы удар за ударом чередовались ролями, то переходя в наступление, то обороняясь.

Ноги рассекали лужи, поднимая волны. Равновесный Мир перед их глазами размазало. Существовали только они. Пляшущие в смертельном танце.

Марго не могла на это смотреть спокойно. В отличие от улыбавшегося Шатуна. Скорвен чувствовал запах крови, но ни на кого из этих двоих не ставил. Девушка вытянула кремневый пистолет, надумав просто пристрелить командира. Нико удержал её руку. Посмотрел ей в глаза. Покачал головой.

Застрельщица закусила губу. В мыслях молилась, чтоб Свет и Тьма сжалились над Альдредом. Она болела только за него.

Капитан отпрянул, ускользая от ядовитого клинка. Завёл за спину Якорь. Затеял удар. Дискарма проборонила лужу, выскользнула из воды, устремившись к шее Альдреда. Ренегат подогнул колени. Химерит прогудел над головой. Из полуприседа он боднул Джакомо плечом. Тот заплясал, теряя равновесие.

Флэй зарычал, производя выпад сверху-вниз. Клинок натолкнулся на древко. Смутьяна это не остановило. Начал давить. Колонна был его крепче раза в два, держа глухую оборону. Приложив усилие, Джакомо оттолкнул дезертира. Пошёл в атаку.