Что бы ни вытворял заражённый-великан, как бы ни сопротивлялся, всё без толку. Своим ходом Флэй приблизился к нему настолько, насколько не мог и помыслить. Губительная магия, заключённая в химерите, своё дело делала. Даже если животная ярость подталкивала тролля к сеянию Хаоса, тот уже не мог чисто физически.

Измученный неудачной погоней, монстр смиренно ожидал своей участи. У него не оставалось никаких сил и зарычать, показать себя напоследок. Иными словами, Альдред Флэй победил. Вопрос цены его интересовал мало. Пока что.

Ренегат в последний раз поглядел на тварь, им изувеченную. Наблюдая, как чудовище чахнет, предатель понимал: до конца ни себя, ни пределы своих возможностей он не знает. Истинно так. Впрочем, жизнь полностью не давала ему раскрыть глаза.

Альдред приблизился и занёс меч за себя. Резко дёрнулся и вонзил клинок в шею гренделя. Химеритовый клинок напитывал тушу огра неназванным ядом. Более того, Прощальная Роза горела ярче обычного. Возможно, чёрный нектар воздействовал на бастард крайне благотворно.

Своё тролль уже откричал. Помирал монстр тихо. Его тощее, побуревшее тело пробирали судороги. С раздробленных челюстей ссыпался хрип, еле слышный в шуме бурного водопада из нечистот.

Флэй выдернул меч, тяжело дыша. Он проклинал весь Равновесный Мир за то, что ему пришлось претерпеть. А больше всех — себя. В тот момент ренегат уже потерял веру в спасение. Казалось, путь от реликтовой рощи до Портового Района был ошибкой. Дезертир не приблизился ни на йоту. Мечтал же он лишь об одном: чтобы этот кошмар поскорее закончился. Неважно, как.

Его внимание привлёк гул откуда-то сверху. Он поднял глаза, и увидел, что поток воды, стекавшей из коллектора, становился всё более бурным. Это могло означать лишь одно: близится волна.

«Дерьмо…», — подумал дезертир.

Ничего хорошего ему это не сулило.

Однако на удивление, Альдред быстро сообразил, что ему предстоит сделать. К тому времени вода добралась ему до живота.

Жижа мешала двигаться быстрее. Рассекая ногами взад-вперёд, Флэй побрёл обратно. Туда, где, как он предполагал, находились водостоки.

За его спиной грендель степенно растворялся в воде. Плоть студнем примешивалась к ней. Чёрный нектар заставлял жижу бурлить и закипать, выделяя эфирное тепло. Если что и останется от огра в этом мире, лишь кости на дне резервуара.

Миг — и коллектор разразился волной. Потоки воды стремительно заполоняли резервуар. Флэй поздно отреагировал, когда жижа накрыла его с головой. Ноги оторвались от ржавого дна. Его развернуло.

Вода заглушила скрип, с которым канализационные механизмы начинали откачку воды из ёмкости. Процесс произошёл автоматически. Далее всё произошло так, как опасался ренегат. В стоки хлынули бурные реки отходов. Беглеца закрутило и понесло следом. Он вцепился в Прощальную Розу мёртвой хваткой.

Предателя всосало в сток. Благо, он успел задержать дыхание. Очутившись внутри свинцовой трубы, плотно прижал бастард к себе. Диаметр ещё позволял ему полностью, легко и просто, скользить вниз по поверхности.

Однако бурный поток при дренаже повёл себя бесконтрольно. В какой-то момент Альдреда подбросило вверх. Флэй шибанулся головой об стенку трубы.

Звон.

Перед глазами заплясали синие кляксы.

День второй, полдень

Никогда бы ренегат не подумал, что когда-нибудь его смоет, как нечистоты. И всё же, это случилось. Ему повезло. Водосточная труба выплюнула его на поверхность. Однако приземление назвать мягким было нельзя.

Дезертира вышвырнуло на мелкую гальку. Камешки отбили ему всю спину, шею, ноги, голову. Только вот Флэй даже не пикнул. Просто ещё не отошёл от столкновения лбом с железякой. У него перед глазами плыло небо над Саргузами. Ночь миновала.

Какое-то время он лежал, распластавшись по поверхности. Дышал еле-еле. В голове его было пусто. Альдред попросту восстанавливал силы. Передыхал. На весь Равновесный Мир плевать он хотел тогда с высокой колокольни. И если бы в этот момент на него напали упыри, беглец не стал бы сопротивляться.

Мало-помалу к нему возвращалось былое самообладание. Зрение восстановилось. И хотя мышцы его задубели, он потихоньку начал вставать. Опустил Прощальную Розу к стопам. Бегло осмотрелся, оценивая обстановку.

Предатель примерно понимал, где находится. Раньше здесь протекала небольшая речушка. Как же она называлась? Он ни за что бы не вспомнил.

Как бы то ни было, антропогенный фактор всё изменил. От устья водоём отделяли дамбы, построенные поперёк набережной и разделявшие реку на равные части. Для поддержания солености к ней подводили каналы, тянувшиеся из моря.