— Алиса.

В её голосе тоже чувствуется скованность. Словно и она не знает, как лучше себя повести, чтобы было правильно. Однако полностью разбить возникшее напряжение и продолжить разговор не получается. К их парте уже подлетает незнакомая девчонка, сидевшая, как Лука помнит, на другом ряду на парту дальше. Улыбается во все тридцать два, словно не дружелюбие проявлять пытается, а запугивает.

— Привет, Лука. Ты откуда к нам? Я Полина. Помогу чем смогу. Может экскурсию по школе? Показать где библиотека, чтобы взять учебники? Ты ведь не все ещё получил?

Вопросы из этой девчонки сыплются как из рога изобилия. Он слегка теряется от подобного напора, однако Алиса реагирует ещё хуже. Поднимается со своего места, спешно уходя в сторону выхода, а потом и вовсе исчезая за пределами класса, словно сбегая. И он не может её в этом винить.

— Не части, Титова, — со смешком замечает худой и мелкий пацан. — Ты ж его напугаешь так. Не слышала что ли, что он у нас с домашнего обучения прибыл. Наверняка от таких как ты сбегал. Активных.

Лука от этой его тирады мысленно морщится, едва сдерживаясь от желания прикрыть лицо ладонью. Кажется, данный факт его биографии ещё не раз будет озвучен и вряд ли занесён ему в плюсы.

— Ой! И правда, — обернувшись обратно к Луке со смущенным раскаянием на лице, замечает та. — Слушай, а ты почему на домашнем обучении был? Действительно прежние одноклассники так достали? А в какой школе учился?

Вопросы так и продолжают сыпаться, а народ всё пребывает. Вокруг него, словно вокруг зверя одиночки, постепенно сужается круг из любопытных. Хотя, если посчитать по головам, их не так чтобы много. Обложили так, что спокойно теперь точно из-за парты не выбраться.

И плевать им, что уже выросли из того возраста, когда так себя ведут. Видимо любопытство оказывается сильнее. И разжигает его словосочетание: «Домашнее обучение» так неосторожно или наоборот нарочно произнесённое завучем в самом начале урока, во время краткого представления Луки.

«Ну и удружили вы мне Нина Петровна!»

Выдохнул Лука только на уроке, когда его наконец-то оставила в покое эта маленькая, но очень настойчивая стайка. Отбиваться от вопросов оказалось не просто, словно на допросе каком-то побывал, а не с одноклассниками пообщался. Однако видимо они удовлетворились полученными ответами. По крайней мере, уже на следующей перемене к нему никто не стал лезть, позволив хоть немного побыть самому по себе и нормально оглядеться.

Лука облегченно выдыхает, устроив голову на скрещенных руках и, на мгновение, прикрывая глаза.

— Достали? — уточняет девичий голос сбоку и Лука, почти не меняя позы, оборачивается.

— Это было слишком… внезапно.

— Свежая кровь,— криво улыбается Алиса, готовясь к следующему уроку. — А Титова всегда любопытна не в меру. Кто-то даже советовал ей в следователи идти. Ну, или в журналистки, — старательно пытаясь не улыбаться, заканчивает она. — Хотя…

Лука вопросительно вскидывает брови, наконец-то поднимаясь, когда Алиса замирает, хмуро глядя куда-то в сторону доски. Он даже поворачивает голову в том же направлении, думая увидеть там что-то привлекшее её внимание, но не находит ничего интересного. Просто одноклассница, елозящая мокрой тряпкой по доске. Ничего более.

— Ты ещё с Крюковым не встречался… Достанет до печёнок, если ты ему не понравишься.

— Я не девчонка, чтобы ему нравится, — пожав плечами, отзывается Лука и только слишком резкий щелчок ручкой позволяет догадаться, что ему не очень-то по душе это самое «понравишься, не понравишься».

— Я просто предупреждаю, что он тот ещё чёрт, — замечает Алиса, скопировав чужой жест и пожав плечами. Отчего Лука задумывается.

Не то чтобы он испугался какого-то там парня, которого ещё и не видел ни разу. Просто лишних проблем совсем не хочется, как и лишнего внимания. У него другие планы на этот год и наживать себе врага в них не входит от слова совсем.

«С первым заданием всё понятно, да и со вторым… Раз уж вернулся в школу, то и закончи её. Понял меня? Тем более что ничего сложного в школе нет…» — невольно всплывает в памяти, когда Лука переступает порог дома.

— Ничего сложного в школе нет, — передразнивает он голос из воспоминаний, щёлкая по выключателю. — Да лучше б я пару раз полосу препятствий пробежал в полной амуниции. Тих?

Лука оглядывается в поисках кота, но не находит. Тишина обступает, ложась тёмным плащом на плечи, давит на барабанные перепонки. Откуда-то неприятно веет прохладой и это ещё больше напрягает. Утром все окна были закрыты.

Он знает, что отчима дома нет. Тот сейчас должен быть либо на базе, либо на работе в мастерской неподалеку от неё. Поэтому не ждёт, что тот появится. Однако не бегущий на зов кот напрягает. Раньше Тихон всегда откликался.

Неприятно подрагивают пальцы, требуя взять в них хоть что-то. Заполнить возникшую пустоту и перестать чувствовать себя настолько беззащитным в этой тишине.

Накручивая лямки рюкзака на кулак, Лука прикидывает, что первым проверить: свою комнату или другую? Облизывает пересохшие губы, косясь на закрытую дверь. В комнате, что занял отчим, он не был со смерти матери, когда окопался там, не желая верить, что и её больше никогда не будет рядом.