— Госпожа Авдеева, я бы хотел обсудить с вашей дочерью курсовую, если позволите. Мы можем расположиться здесь, или есть какое-либо более уютное место? — спрашивает он, подойдя слишком близко ко мне. В его глазах танцуют черти, и он с полным превосходством смотрит в мои глаза.

Это ненормально! Это даже пугает, чёрт возьми!

— Конечно, можете пойти в комнату Василисы, — улыбнулась она, а я, кажется, начинаю приходить в бешенство от этих улыбок и маминых очень-очень плохих идей, которые идут врознь с моими желаниями.

— Нет, — сорвалась я, судорожно качая головой, пытаясь показать всем, что против такого расклада. — Лучше здесь. Освящение ярче!

— Кирюша, дорогой, второй этаж и направо, — объясняет мама место положения моей комнаты, когда меня передергивает от её ласкового обращения к Бесу. Кирюша? Черти бы его…

Зеленые глаза со злорадным прищуром встретились с моими, и меня будто окунули в жидкий азот. Я узнаю его самодовольную насмешку, которую моя мать воспринимает куда более наивней.

Что. Он. Творит? Моя комната. Мой дом. Моя жизнь! А он бесцеремонно начал внедряться во всё подряд!

Как только Бес поспешно исчез, мама сразу злобно окатила меня своим взглядом, не давая мне пойти следом за ним.

— Ты же знаешь, что твой папа против дорогостоящих курсов, а Кирилл образцовый, смышленый и к тому же интеллигентный парень. Такой хороший мальчик, и так лестно отзывается о тебе! Ты знала, что Кирилл претендует на медаль и хорошо разбирается в праве и политике? Тебе стоит сегодня же попросить у него подтянуть тебя по микроэкономике! — я послушно выслушиваю всё, что она говорит, а меня внутри колотит от желания сбежать в комнату и защитить моё пространство от притворного Беса.

И с каких пор Бессонов претендует на медаль? Как вообще можно претендовать на медаль имея неудовлетворительно?

— Я сама отлично справляюсь со своей учебной программной, — спокойно ответила я.

Мне не нужен Бес, особенно в моей комнате! Да с каких пор он стал носить брюки и туфли? А эти идеально уложенные волосы? Образцовый?! Нет-нет-нет, всё не так! Зачем он запудрил голову моим родителям?

Чертовщина какая-то.

— Лишняя подготовка никогда не повредит, — не осталась мама без ответа и настойчиво взглянула мне в глаза, — я же забочусь о тебе, золотко. Я и папа желаем тебе всего самого лучшего, — говорит она елейным голоском, поправляя мои волосы, откидывая их на спину. — Всё, иди, у вас много работы, — подгоняет меня мама, и я разворачиваюсь, с безнадежностью смотря на лестницу.

Такого нахальства со стороны Беса я никогда не ожидала. Тимофей говорил о границах Бессонова… Можно ли считать что он перешёл грань дозволенных шуток и издевательств?

Я дохожу до своей комнаты, аккуратно открывая двери, боясь, что Бес налетит на меня, как тайфун. Но ничего не происходит, и я решительней крадусь в свою собственную комнату, обнаруживая парня вблизи моего комода с вещами. Он поворачивается ко мне с лукавой улыбкой, крутя на своём пальце моё кружевное белье. Открыв рот только от явного шока, я почувствовала, как жар прилил к шее и щекам.

— Я думаю, на тебе это смотрится больше, чем сексуально, — ухмыльнулся он, наслаждаясь моей обескураженностью.

Мне ничего не остается, как с резкостью подойти к бесцеремонному засранцу и вырвать моё нижнее белье из его цепких пальцев, небрежно погрузив в перевернутый вверх дном ящик. Шумно захлопнув комод, я поворачиваюсь к нему лицом, вскипев от его беспринципности.

— Какого черта ты здесь устроил? — с неприсущей злостью прошипела я, опираясь поясницей на свой комод, словно смогу его защитить от вторжения крайне наглого парня.

— У тебя всегда такой идеальный порядок? — спрашивает он, отходя от меня, и приближается к рабочему столу.

Он берет нашу семейную фотографию, пристально рассматривая её. Я подхожу к парню, и вырываю из его лап свои вещи, возвращая их на место. Бессонов недовольно осмотрел меня, засунув свои руки в карманы брюк — его дурацкая привычка, которую не скроют даже наутюженные брюки.

— Лиса, ты меня беспокоишь своей агрессией, — заявляет он мне в глаза.

— Дверь открыта, — грубо и ясно отрезала я, показывая пальцем на свои двери.

— И впрямь голосок прорезался. Как интересно… Но не стоит мне дерзить, Лиса. Я пришел с хорошими намерениями, — он склонил голову, разглядывая меня словно экспонат. Бес выше меня на голову, а когда стоит слишком близко с расправленными плечами, мне кажется, что я какая-то мелочная букашка рядом с таким большим парнем. Это по-особенному ущемляет. — Для начала я хочу знать, как и где мы будем заниматься курсовым…

— Каким ещё курсовым? — недоумеваю я.

— Удивительно. Отличница и не знаешь, что до конца семестра нужно подготовить курсовую… — он насмешливо задирает меня, а я задумываюсь.