— Круто, что ты вернулась к нам, — Аня улыбается и приобнимет меня за талию. — Спасибо, что не стала ненавидеть меня. Я ведь тебя люблю. Ты моя лучшая подруга, — рыжая пытается заглянуть в мои глаза, в которые явно ей смотреть не стоит.

— Знаю, рыжая. Это было сложно принять и простить… — хмыкаю я, осознавая, что всё с точностью, да на оборот.

— Мы не успели тогда поговорить. Я знала, что Кирилл имеет на тебя виды — Артём рассказал, но клянусь, что…

— Не стоит это вспоминать, — прошептала я, ощущая, как в сердце словно пихают иглы. — Было и было.

— У меня ведь совсем скоро День рождения. Придёшь ко мне? Предки решили, что в этом году я могу организовать вечеринку. Правда, поставили условие, что могу пригласить не более тридцати человек… В общем, ты же придёшь?

— Конечно, приду, — обещаю я, растянув губы в улыбке.

— Ой! Пойду-ка я в туалет.

Аня оставляет бокал с коктейлем на плоскости перила и испаряется так быстро, что я завидно смотрю на её походку на высоких каблуках. У меня же в голове шумит всего лишь от легкого алкоголя и ноги ноют от каблуков, а она порхает, как бабочка.

Взяв бокал подруги, чтобы он не свалился кому-то на голову снизу, разворачиваюсь к столику. Только вот так и замираю, обнаружив там такого же замершего Бессонова. Меня словно бьют под дых, и под ложечкой болезненно тянет… Слишком внезапно он явился.

На какое-то мгновение я тушуюсь и хочу отвести взгляд, но вместо этого старательно вскидываю подбородок, смотря прямо в глаза мерзавцу. Кирилл, в свою очередь, опускает глаза и тяжело сглатывает, из-за чего у него дергается кадык.

Я оборачиваюсь, понимая, что рыжая сбежала именно из-за Бессонова. Прослеживаю за ней взглядом и вижу, как возвращаются с улицы парни.

Вот же чёрт. Бессонов приехали слишком не вовремя. Если увидит здесь Ковалёва, точно устроит разнос, как и своим друзьям, которые поддались на нашу уловку. Слишком уж явно Стас дал понять, как нежелателен Бессонов этим вечером, но ведь он смог вырваться и стоит сейчас перед моим носом!

— Василиса, — обращает на себя внимание Кир, осторожно делая шаг ко мне. Я, понимая, что с балкона слишком хорошо видны его друзья, сама поддаюсь к нему ближе.

— Пойдем, — ставлю бокалы на столик и киваю в сторону коридора. — Там тише.

Бессонов ошалело смотрит на меня, наверное, даже не надеясь на подобную сговорчивость. Не после того, как я устроила в его квартире военную революцию, и уж тем более не после того, как игнорировала всех и вся больше недели.

Слышу, как он смиренно шагает за мной. Я открываю первые попавшиеся двери, оказываясь в просторной гостевой комнате. Свет не требуется, когда в комнате приглашающее к интимной обстановке горит гирлянда.

Кирилл закрывает дверь за собой и щелкает замком. Не знаю, для чего: чтобы я не сбежала, или чтобы никто нам не помешал.

Сажусь на край кровати и вызывающе закинув ногу на ногу, достаю телефон, игнорируя Кирилла. Пусть помолчит и помнется, мне это только на руку, если будет тянуть время.

«Я с Бесом. Постараюсь его задержать. Начинай» — быстро пишу я, и чертовски вовремя отправляю, заблокировав экран, когда рука парня тянется к моему телефону.

— А я уже стал сомневаться, что ты умеешь пользоваться телефоном, — с упреком говорит Бессонов, сложив руки на груди.

Стоит слишком близко. Пронизывает взглядом. Поза — надменная и доминантная, ему явно нравится, что я перед ним сижу. Заставляю себя незаметно дышать ртом, так как его парфюм слишком болезненно бьёт воспоминаниями по мозгам.

Хмыкаю. Только Бессонов после случившегося может начать общения с упрёка!

— Как видишь, руки не отвалились и мозги не атрофировались, — в тон ему отвечаю я, пронизывая взглядом в ответ.

— Это тоже мне стало понятно, когда ты уничтожила мою квартиру за одну ночь, — он склоняет голову набок, ощупывая моё лицо и тело колючим взглядом. — Зачем ты сделала с собой это… Нечто? — интересуется он с некоторой брезгливостью.

— Не нравится? — оскалилась я в ответ. — Так я вроде и не претендую на твоё одобрение, если ты не заметил.

Он задумчиво ещё раз пробегается взглядом от моей макушки до кончика носка сапожек.

— Вызывающая. Слишком. Даже твоя выходка на Живых холмах кажется теперь детским лепетом… — он качает головой, осуждающе вздыхая.

— Как забавно. Ты сделал из меня шлюху, а результат тебе не нравится, — надуваю губы, словно в обиде, но они медленно перетекают в очередную ядовитую ухмылку.

— Ты никогда не была шлюхой, Лиса. Не смей меня обвинять в том, чего я бы никогда не сделал, — распалился Бес, оскорбившись.